Когда в голове пронеслись неприятные картины печального будущего, Машу охватил страх. Поддавшись чувству, она поднялась с сиденья навстречу Косте, надеясь, что, как и всегда, его близость успокоит ее. Стоило парню ступить в салон автобуса, как он потянулся к Маше и обнял так крепко, будто за версту чувствовал настроение возлюбленной. Если бы только он мог снять груз с плеч Маши, то обязательно бы это сделал. Но на поле битвы Костю не пропускали, а он не смел наседать, боясь ее отпугнуть.
Это была ее война. И если Маша одержит верх, она должна сделать это без его помощи.
Мария прижалась лбом к вороту его рубашки и сделала несколько коротких вдохов, наполняя легкие свежим хвойным ароматом. Костя всегда пах местным лесом, и Маша не знала, виной тому природа оборотней или удачно подобранный одеколон.
– Я так скучала, – тихо сказала она, и Костя прижал ее еще сильнее к себе. Если бы он только мог, то слился бы с ней воедино – настолько была сильна эта любовь. В отличие от Маши, Косте было трудно говорить о своих чувствах. Пустым словам он предпочитал поступки, но, даже несмотря на внутренний устав, Костя бы солгал, если бы сказал, что ему неприятно слышать, о чем думала Мария.
– Да расцепитесь вы уже, – недовольно сказала Люда, нервно вглядываясь в лица других пассажиров. – Что, если кто из шабаша сел на этот же автобус?
– Надо же, кто начал беспокоиться, – с усмешкой сказала Мария, наслаждаясь теплом Костиного тела. Только рядом с ним она, пусть и ненадолго, чувствовала себя защищенной и настоящей. Он будто был не просто домом для ее израненной души, но и неприступной крепостью, за стенами которой ни одно несчастье до нее не сможет добраться.
– И пусть, – спокойно проговорил Костя и поцеловал Машу в лоб.
– Ни к чему играть с судьбой, – Маша осторожно сняла ладони Кости с талии и сделала шаг назад, увеличивая между ними дистанцию. Она отстранялась так медлительно, что было видно, как сильно ей не хочется разрывать объятия, но рассудительная часть внутри нее понимала, что Людмила права: либо сегодня на празднике ведьмы возьмутся за руки с волками и шагнут в счастливое совместное будущее, либо стая и ковен навсегда разорвут черновик будущего, которое трепетно обрисовывали Мария и Костя в совместные минуты, когда получалось укрыться от любопытных глаз в университете. Пока они не увидели воочию, чем кончился Бельтейн, все еще было поправимо. Надежда еще могла жить.
Костя недовольно поморщился, но возражать не стал, как делал всегда, стремясь оставить последнее слово за Марией, не то из страха, не то из уважения границ возлюбленной. В стае ни один мужчина считаться бы с женщиной не стал. Костя ненавидел укоренившиеся традиции не меньше, чем холодный ливень зимой, и осторожно боролся с ними, постепенно подсаживая зерно сомнения в умы других молодых волков.
Только когда ребята сошли на нужной остановке и зашли достаточно глубоко в лес, Костя поравнялся с Марией. Его пальцы переплелись с ее, и Маша чуть не упустила поворот на нужную тропу.
Уже смеркалось. Пушистые ели отливали голубизной, предвкушая ночь волшебства. Вдалеке слышался гул ритуальных барабанов. Должно быть, первые гости на шабаш уже прибыли, а это значило, что скоро в просвете между деревьями станет виден и теплый свет от костров.
– Ты не забыл приглашение? – решила уточнить Маша у Кости, и тот свободной рукой похлопал себя по карману куртки, проверяя, на месте ли ноша. Он кивнул, когда убедился, что неприятной оплошности не совершил: оборотню без зачарованной карты пройти через защитный барьер невозможно. Обернувшись, Костя окликнул своих друзей, которые шли позади и уже боролись за внимание Люды, рассказывая всевозможные байки, лишь бы предстать в более удачном свете, чем соклановец. Людмила же наслаждалась вниманием, не скрывая широкой улыбки, и Маша была довольна, что все сложилось вопреки опасениям подруги. Надежда, что и собственные тревоги растворятся в дыму от бельтейнского костра, почти окрепла, когда до Марии донеслись следующие слова:
– Пообещай, что будешь танцевать со мной сегодня как в последний раз? – Костя задержал ладонь возлюбленной в своих руках. Маша в удивлении смотрела на него, словно вопрос застал ее врасплох, и это в действительности было так. Мария упорно старалась не думать о плохом, но дурное предчувствие уже обволакивало ее сердце, погружая во тьму.
– Что? – переспросила она, и уголки губ предательски дрогнули. Улыбка чуть не спала с ее лица, будто маска.
– Просто пообещай, – Костя поднес ее ладонь к губам и мягко, едва касаясь кожи, поцеловал. Со стороны жест мог показаться старомодным и галантным, но ему было все равно. Костя окружал Марию вниманием и заботой, будто она была для него принцессой.
– Эй, – окликнула Людмила, и Маша тут же обернулась. – Куда вас понесло? Нам же по правой тропе.
Люда указала в противоположную сторону, и было видно, как Мария растерянно осмотрелась по сторонам, точно сбилась с ориентира.
