– Ну дык а каким мне быть? – улыбнулся старец. – Вечно молодой душой, но запертый в вечно старом теле.
Улыбку его, правда, совсем не было видно под огромной, по пояс, серой перепутанной бородой[14]. По обычаю, среди кутерьмы волос, подобно светофору, сиял красный нос-картошка.
«Наверняка самогонки хряпнул недавно», – подумал Тор.
– Зато тебя не узнать! – хохотнул старик. – Ты теперь похож на меня больше, чем я сам. Бородища эвон какая! А патлы-то отрасли, как у забугорной Рапунцель!
Велес сжимал в одной руке длинный витиеватый посох, а толстыми узловатыми пальцами другой держал за тесемку закинутый на плечо холщовый мешок. Холодный северный ветер принес пряные ароматы хлеба и солений и, что самое важное, бодрящий пивной дух.
У Тора задрожали колени. Сны становились реальностью. Может, у старика и парочка русалок за пазухой завалялась?
Он причмокнул губами и смерил друга взглядом, полным надежды.
– Что ж ты сразу не сказал, что еды принес? Заходи быстрее!
– Ну наконец-то. Касатик! Ко мне!
Велес, что есть силы, свистнул, отчего задрожали сугробы и верхушки заснеженных сосен, венцом окружавших дом Тора. Из леса, прорываясь сквозь снежные насыпи высотой с человека, вырвался громадный бурый медведь в твидовом пиджаке и с небольшим котелком между ушей. Зверь уселся перед стариком и поправил когтистыми лапами накинутую на шею лямку сумки.
– Да матушка ты моя, – Велес потрепал медведя за щеку и смахнул с его морды снег. – Да умничка!
– Мда-а, это не русалка… – протянул Тор. – Все еще таскаешься с этим чудищем? Зачем ты его так вырядил?
– Люди принимают Касатика за дрессированного или циркового. Так проще ходить по городам, не привлекая внимания.
Тор покачал головой и усмехнулся. Он так и видел, как огромная мохнатая страшила спокойно гуляет по улицам, не привлекая внимания.
– Ты нас впускать-то будешь или как? Мы продрогли и промокли! Всю округу замело, даже двери твои откапывать пришлось.
Для пущей убедительности Велес показал испачканные снегом рукава тулупа.
– Смотри, чтобы твой дружок не натащил грязи, – буркнул Тор и скрылся в тенях дома.
Велес смахнул посохом край паутины, висевшей при входе, оценил царившее внутри запустение и покосился на медведя.
– Ворчливым стал каким, а? Не испачкайся там нигде.
Касатик кивнул в ответ.
Спустя полчаса в небольшом очаге в центре единственной комнаты весело трещал огонь. За это время Тор успел натопить снега, сбрить бороду и густые волосы. Только вернув себе прежний облик молодого мужчины, он наконец успокоился и теперь сидел за столом у окна и яростно работал челюстями. Он жадно отправлял в себя мясную нарезку и свежий хлеб да засыпа́л в рот маринованные грибы и консервированный горошек, запивая все квасом из деревянной кружки. Содержимое мешка Велеса стремительно исчезало, и старик чудом успел урвать немного еды для себя и Касатика. Медведь с сосискою в зубах долго ходил вокруг кровати. Однако, увидев на ней странного вида шкуру, помрачнел и завалился прямо в центре комнаты.
– Ну и куда ты пропал на столько лет? – спросил Велес.
– Устал я от веков скитаний по миру. Решил немножко передохнуть, – Тор с трудом проглотил ломоть хлеба и продолжил: – Сколько я проспал?
– С десяток годков, – пожал плечами Велес. – Может, больше. Неудивительно, что ты такой голодный.
– Не то слово, – бог грома поднял кружку в вытянутой руке. – Выпьем? За встречу?
Старик взял свою чарку.
– Выпьем.
И они выпили.
– Ну, спасибо, что накормил, – заговорил Тор после небольшой передышки. – И чего ради ты вообще разбудил меня посреди зимы? Не мог дождаться, когда снег сойдет? Выкладывай, да я дальше спать лягу.
Велес тяжко вздохнул.
– В том-то и дело, дружище. Не сойдет.
– То есть как это? Весна придет, и снег растает, как иначе?
– Весна уже пришла, Тор. Послезавтра первое мая, а весь мир, даже далекие пустыни и вечнозеленые джунгли – все завалено снегом.
Громовержец ошарашенно уставился на гостя.
– Брешешь!
– Да куда там, – Велес с грустным взглядом приложился к кружке.
На долгое время в доме повисло молчание. Касатик подполз поближе к огню и вскоре задремал. Тору же было не до спокойствия. Он поднялся и начал мерить комнату шагами, беспрестанно потирая выбритый подбородок и хмурясь.
Это где ж такое видано! Весна исчезла! Даже здесь, в глубине суровой и прекрасной Карелии, где в глухих лесах стояла избушка Тора, к этому времени начинал таять снег и сходили льды на реках. Но, еще раз выглянув в окно, бог грома убедился, что сугробы никуда не делись.
– Как такое возможно? – сдвинув брови, посмотрел он на друга. – Откуда пришла беда?
– Первыми забили тревогу наши с тобой египетские друзья, – отозвался Велес.
Тор хмыкнул.
– «Друзья»… Они знатно попили мне крови в свое время[15]. Тоже мне, боги…
– Так или иначе, когда великие пирамиды замело снегом, даже они стали что-то подозревать. Пурга пришла с севера, прокатилась по Африке, оттуда разлетелась во все стороны, сковала моря и океаны. Засыпало даже Амазонку! Я помогал местным божкам спасать речных дельфинов весь февраль, представляешь?
