Ульяна — городская ведьма. Живет в доме с привидениями, работает с нечистью, оберегает свою тайну и тяготится родством с Верховной ведьмой Круга. Ее жизнь меняется, когда знакомая просит показать Верховной свою 12-летнюю племянницу, и за ней начинается охота. А в за городом находят ритуально убитую ведьму. И приезжает тот, кого ведьмы называют наблюдателем и ненавидят, а Ульяна — больше всех, за давний конфликт. А потом охота начинается и за Ульяной…
Вы заметили, что в сказках ведьмы носят дурацкие черные шляпы,
тёмные одежды и летают на мётлах?
Но наша история — не сказка!
Мы расскажем о ведьмах настоящих!
— …а еще он должен быть красивым, как Брэд Питт, понимаете? И таким же сексуальным! А еще — с чувством юмора, как у Светлакова! И умным! Да, умным — это обязательно! Вот как… как… А неважно! Но обязательно! А еще…
Подперев ладонью правую щеку, я уныло внимала пожеланиям клиентки, а она трещала без умолку, перечисляя качества вожделенного суженого. С фантазией у нее имелись очевидные проблемы. Как и с чувством меры.
— А еще… — клиентка возбужденно навалилась на стол, предъявляя веснушчатое содержимое глубокого декольте. — Еще он должен быть… — и запнулась. Голубые глазки лихорадочно забегали по темной комнате в поисках «его», но натыкались лишь на зажженные свечи. — Еще…
…губозакаточную машинку, пуговицу на лоб и таблеток от жадности. И побольше-побольше.
— Еще он должен быть хорошим человеком, и неважно, какого цвета у него «Лексус»? — подсказала я терпеливо.
— Как это неважно? — она выпрямилась. — Важно! Красный! Как джип!
Я закатила глаза. Очень, до дрожи в руках, хотелось превратить ее в жабу, но… Это хороший психотерапевтический прием, кстати. После пары дней кваканья люди так радуются, вновь становясь людьми, что забивают на прежние комплексы и недостатки. И начинают любить себя хотя бы за то, что они люди, а не жабы. Но… Но!
— А еще…
Я едва не зажала уши. Но — положение обязывает, будь оно трижды проклято… Я поерзала, подперев ладонью левую щеку и вытянув под столом ноги. У тетки случился приступ вдохновения, и она усердно продолжила выносить мне мозг. Пудовая блондинистая старая дева, пережаренная в солярии как курочка-гриль и наряженная «розовым» подростком — что может быть хуже?.. На мой пристрастный взгляд, ей не гадалка нужна, а психолог, стилист, диетолог и год занятий в финтес-клубе с личным тренером. А лучше — пожизненный абонемент. У всех перечисленных специалистов. Но — мы же верим в чудеса…
— А еще… — клиентка задумалась, покусывая длинный алый ноготь.
— Я гадалка, — напомнила вежливо и для солидности наконец взяла карты таро, — и предсказываю будущее, а не создаю его.
— А создать можете? — ее глаза фанатично заблестели. — Создать и… привести?.. И приворожить?.. А? Я заплачу! И за привод, и…
— За приводами — это в милицию. Вернее, в полицию, — видит бог, я терпела ажно целый час. — А за приворотом — к бабкам. Мы здесь шарлатанством не занимаемся. У нас серьезная контора и серьезные клиенты. И если вы не можете нам соответствовать и вести себя адекватно…
Она сникла и скуксилась. Надулась, как мышь на крупу. Голубые глазки подозрительно выпучились, и на жирафьих ресницах блеснули слезы. Я равнодушно наблюдала за сменой роли. Да-да, энтузиазмом не заразила, значит, будет давить на жалость… Я глянула на часы и напомнила:
— Время. У вас осталось полчаса. Гадать будем или хватит на сегодня?..
…издевательств.
Черт, и еще от сандаловых палочек голова болит и в носу свербит до чиха… Я тоскливо посмотрела по сторонам. Крошечная коморка, темные шторы, аромосвечи по углам, струйки тонкого дыма и вязкий, душный воздух. Невозможно работать. Но Томка считала, что атмосферу надо блюсти. И меня для конспирации заставила цыганкой нарядиться. Антураж — наше все.
— Будем… — клиентка, выдержав театральную паузу, достоверно хлюпнула носом. Но не на ту напала.
— Чудно.
Что такое полчаса для гадания? Ни о чем. Из-за спешки сакральный и таинственный ритуал был скомкан, и клиентка удалилась недовольной и надутой, хотя я честно сказала, что у нее все хорошо. И будет еще лучше, если она бросит хотеть невозможного и обратит внимание на ухаживания шефа. И к стилисту сходит. И спортом займется здоровья для. Но, опять-таки, «но».
Закрыв дверь, я отдернула штору и распахнула настежь окно, с удовольствием вдыхая терпко-пряный ветер осени. Что за народ пошел? Говоришь, что все хорошо, — не верят и ждут подвоха. Говоришь, что все плохо, — оживляются и верят на слово. Я перегнулась через подоконник и зажмурилась, часто-часто дыша. Хочу на волю… Надоело. В мире столько необычного и чудесного, а им все одно — подавай гибрид Питта со Светлаковым на «Лексусе», который красный, как джип. Какая пошлость и ограниченность…
