Ведьмина скрыня полностью

— Платье русалкино как у тебя оказалось? — неожиданно поинтересовалась бабка. — Мало тебе было одной примерки?

— Мне мора подкинула. Из закидки.

— Запечная? С чего вдруг?

— Петруна с крыксой его сжечь собирались, чтобы отомстить хозяйке. Я к ним через скрыню попала. Это портал. У Христины в чулане такая же стоит.

— У Христины в чулане… Вот, значит, как… Ох, и слепа я была! А, уж, как глупа! — протянула Гана и, подтолкнув Ясю к скамейке, велела строго. — А ну, рассказывай!

И Яся рассказала про свои приключения в закидке, про то, как невольно подслушала разговор, как укусил её Ванечка-пупс, как мора успела вытолкать её обратно.

— Так вот какой стрыгой тебя цапнул… так-так-так… — бабка слушала и перебирала аккуратные травяные пучки. — Вот, значит, как всё обернулось.

— Что вы с ними собираетесь делать? Для чего эти травы? — Яся с удовольствием принюхивалась к распространяющемуся комнате терпкому аромату.

— Чертогон использую как оберег, — Гана показала на игольчатые синие шарики синеголовника. — Он защищает от порчи и сглаза. И от чертей. Его ещё перенос-зельем называют за особенные свойства… В зверобое — частица солнца. Видишь, как ярко золотится? Тысячелистник — приворотная трава. А это душица. Трава долголетия, так же хорошо помогает в любви. — Гана покосилась на Ясю. — Только ты на неё не надейся, чувства должны от сэрца идти, не от травок.

— Я и не надеюсь, — вздохнула Яся. — Уже ни на что.

— То зря, дзяўчынка. Надеяться нужно на себя!

Гана помолчала, продолжая раскладывать всё новые и новые связки, бормоча что-то под нос и часто взглядывая на Ясю.

— Собираюсь сделать питье для Игнаша. Чтобы развеять наваждение. Полностью, конечно, не снимет, но хоть немного приоткроет глаза.

— И он поймёт, что с ним не настоящая Катька?

— Очень надеюсь, что поймет.

— Я отнесу! Проберусь в дом…

— Только в скрыню не залезай, не нужно тебе снова в закидку. И платье русалкино у меня оставишь, спрячу подальше, чтобы больше никто не нашёл.

С этим Яся не могла согласиться, но возражать не стала, а чтобы отвлечь внимание от платья — занялась своей курточкой. Встряхнула её, залезла в карман. Нащупав там кусочек картона и что-то круглое, вроде большого кольца, вытащила их и с изумлением стала разглядывать.

На блеклом кусочке сквозь разводы проступало несколько фигур, Яся не сразу сообразила, что перед ней старинная фотография. По центру сидел мужчина с затертым лицом, а по бокам от него стояли две барышни и немного натянуто улыбались. Одна из них привлекла Ясю, она будто бы уже видела её… только где?

— Откуда она у тебя? — изумленно ахнула Гана и потянулась к карточке.

— В скрыне нашла, еще первый раз, вместе с платьем и этим… — Яся подтолкнула к бабке кружок, оказавшийся согнутым гвоздём. — Вы узнали кого-то на фотографии?

— Узнала, — Гана осторожно коснулась пальцем гвоздя. — Я многое узнала за последнее время… прозрела после многолетней слепоты…

Она тяжело поднялась и скрылась на кухне. Почти сразу оттуда появилась Малинка с небольшой миской, полной воды. Поставив её рядом с Ясей на лавку, бесшумно отступила в угол и замерла там, спрятав руки под передником.

— Сейчас смотреть станем, — Гана вернулась с бутылочкой тёмного стекла, плотно закупоренной пробкой. С усилием вытащив её, принялась переливать в миску что-то тягучее, напоминающее патоку. Странная жидкость образовала на воде липкую лужу, на неё сверху бабка осторожно поместила найденный в курточке гвоздь. Он не потонул, остался лежать на поверхности, а внутри быстро замелькали картинки.

Чёрно-белые, словно в немом кино, кадры сменяли друг друга, являя миру фрагменты из далекого прошлого.

Ясе показалось, что она увидела Игната. Это был точно он — красивый, молодой, только вместо татуированного шрама на голове росли волосы. Вот он в доме — сердится, машет руками… пытается схватить невзрачную бледную тень… вот беседует с женщиной возле колодца, передает какой-то свёрточек…

— Ближе! Покажи ближе! — хрипло попросила Гана, и картинка дрогнула, пытаясь увеличить кадр. Лицо женщины возникло крупным планом, и Яся сразу узнала одну их тех, что были на фотографии!

Почти сразу появилась и вторая — она была невестой на свадьбе, Игнат обнимал её, а девушка счастливо улыбалась. А сбоку на них смотрела первая, и Яся поёжилась, ощутив через время её глухую колючую ненависть.

*дзяўчынка — девочка (бел.)

Объяснила смысл увиденного баба Гана не сразу. Когда картинка развеялась, а гвоздь всё же потонул, ещё долго сидела уставившись на воду и не шевелясь. Малинка и хатник, встревоженные таким бабкиным поведением, о чём-то перешёптывались в уголке, но ничего не предпринимали.

Первой не выдержала Яся, ей не терпелось обсудить с бабкой увиденное. Ведь она узнала, узнала одну из девушек, несмотря на то, что теперь её лицо очень изменилось.

Коснувшись бабкиного плеча, Яся постучала по нему легонько, привлекая внимание.

— Вы тоже узнали её, баба Гана? Поэтому расстроились?