— Да, ты понял почти правильно. Но об этом нам придётся поговорить позже, потому что сейчас мы уже пришли, а разговор выйдет долгим.
И действительно, через пару минут друзья услышали доносившиеся до них голоса людей — оказывается, они стояли на лесной опушке, совсем недалеко от дома Саши — стоило только пересечь небольшое поле, плавно переходившее в болото, усеянное ондатровыми хатками.
— Идите. — Стёпа кивнул в сторону деревни. — Мне лучше не появляться с вами — если увидят, что это я вас вывел из леса, то пойдут слухи, которых и без того хватает.
— Но ты придёшь к нам? Как скоро? — Взволнованно спросила Мирослава, машинально прижав ладонь к груди — туда, где под футболкой прощупывался деревянный кругляш.
— Отдохните сначала. Скоро вы почувствуете, сколько на самом деле провели времени в лесу. — Слегка улыбнулся Стёпа и взглядом указал на руку Мирославы, прижимавшую к груди кулон: — Не снимай оберег, он действительно очень сильный. Пока он на тебе, ни одно лесное существо тебя не коснётся и не наведёт морок. Всё было бы иначе, не оставь ты его дома.
С этими словами парень исчез за деревьями, предоставив друзей самим себе.
— Что мы всем скажем? — Спросила Мирослава, взглянув на хмурого Сашу.
Он неуверенно качнул головой:
— Ну не правду это уж точно, иначе приедут за нами «ангелы» в белых халатах.
— Да, в дурку нам пока рановато, надеюсь. — Устало вздохнула девушка, оглянувшись на лес. — Ведь это всё мне не приснилось?
— Не думаю, что мы с тобой видели одинаковый сон. — Улыбнулся Саша и направился в сторону дома, придерживая девушку за руку, чтобы она не споткнулась на кочках, незаметных в высокой траве.
На поляне, и на болоте — везде были люди. Собралась едва ли не вся деревня, плюс несколько человек в форме и собаки, которые залаяли, стоило друзьям выйти из леса.
К ним тут же бросились, узнали, повели домой. На ходу полицейские начали вести допрос — кто, откуда, сколько лет, где были и что делали.
Прибежала баба Надя, со слезами на глазах вцепилась во внука и тут же притянула к себе Мирославу, целуя обоих. Затем разогнала всех полицейских, которые выглядели весьма недовольными — приехали по срочному вызову из Кербеевки, собак привезли, а всё ради чего? Подростки, скорее всего не пропадали, а просто сбежали, нагулялись и вернулись, стоило ли из-за этого тревогу поднимать?
Дома у Саши баба Надя быстро накрывала на стол, наливала им горячий чай и всё говорила, говорила…
— Когда ты за Славой побежал, я сразу же в полицию позвонила, только они не сразу соизволили приехать. Тогда я всю Кикеевку на уши поставила, уже сами мы вас искать начали.
Вчера к вечеру явилась полиция, наконец-то, стали с собаками искать. На Глеба я сама лично заявление написала, только они сказали — нет улик, дело заводить не будем. Эти… они ведь разбежались быстро. Погрома в доме нет, только вазу разбили и, как я думаю, забрали компутер и может ещё чего ценного из вещей — я заходила, но не проверяла, по углам на лазила. Так что тебе, Слава, самой нужно будет съездить в участок в Кербеевке и заявление написать. Толку мало, да только и спускать с рук нельзя такое.
Кстати, бабушка твоя ничего не знает — я побоялась, что её там удар хватит от таких новостей, да и сердцем чуяла, что найдётесь вы.
А собаки-то эти, полицейские… особо далеко в лес идти не захотели — скулили, поджав хвосты.
Ох, как же вас так угораздило-то? Ты, Саша, лес-то вроде неплохо знаешь.
Саша, который чуть ли не залпом пил кружку за кружкой горячий чай, вдруг серьёзно посмотрел на Надежду Ивановну и сказал:
— Баб, нас не три дня не было. Мы только вчера вечером в лес попали. Я Миру увёл за огороды, хотел в обход к нам привести, но оказалось, что там повсюду друзья Глеба. Я не справился бы со всеми сразу, а без потасовки точно не обошлось бы. И тогда сдуру в лес помчался, тоже думал, что неплохо его знаю, со следа собью…
— Да о чём ты внучек? — Баба Надя подозрительно посмотрела на Сашу. — Ты на календарь посмотри — ровно третий день, как пропали вы.
— Саша правду говорит. — Подала голос Мирослава, которая устроилась на диване, свернувшись калачиком и уже почти засыпала, убаюканная навалившейся усталостью и голосом Надежды Ивановны. — Нас леший кругами водил, думали, не выберемся.
Надежда Ивановна вдруг села на стул, вздохнула, покачав головой:
— Верю я вам, ребятки. — И добавила, заметив удивлённый взгляд Мирославы: — всякого повидала в жизни, вот и верю. Только за то, что вас леший водил, бабке твоей нагоняй хороший нужен!
— Это ещё почему? — Сашка чуть не подавился чаем.
— Да потому что ведающая она — тебе ли не знать! — Надежда Ивановна осеклась, словно сказала лишнего, махнула рукой и посмотрела на Мирославу: — Знает она много про нечисть разную, и как с ней совладать — тоже. Если бы она не утаивала от тебя свои знания, то рассказала бы о том, что если в лесу заблудишься и поймёшь, что кругами ходишь, то сними всю одежду и надень наизнанку. И иди в одном направлении, но спиной вперёд. Так и выйдешь из лесу. Старый проверенный способ — мне о нём ещё моя бабка рассказывала.
