Огонек дрожал, на бревенчатых стенах вели хоровод тени. Старушка гладила молодую ведьму по волосам, тихонько что-то приговаривая, пока, наконец, не осталось слез и Зара перестала плакать. Хозяйка села рядом, заглядывая в мокрое лицо ведьмочки.
– Бабушка… Ну почему же ты не сказала мне, с кем отправляешь?
Старушка сразу как-то сникла, вздохнула тяжело.
– А ты бы пошла? Если б знала, кто он, – пошла бы?
– Я же с ним, как с человеком, а он… – Девушка словно наяву увидела оскаленную морду, тянущиеся в промежутки между прутьев когтистые лапы и замолчала. Сорвала с шеи маленький мешочек, бросила на стол. – Не помог твой амулет! Он… он меня съесть хотел, понимаешь? Он ведь не человек – чудовище. Огромное и страшное чудовище!
– Да человек он. – Пальцы старушки подобрали мешочек, ощупали. – Странно, я-то уверена была, что поможет. Может, он сразу-то не почуял…
– Ха-ха-ха! Не почуял! Надо было подойти поближе и в самую морду ему этим ткнуть! – Голос ведьмы сорвался, она выхватила мешочек и дрожащими пальцами распустила завязку. Внутри оказались сушеный цветочек-звездочка и прядь угольно-черных волос. Девушка долго смотрела внутрь, прежде чем смогла произнести: – Это… его?
Подавшись вперед, старушка заглянула в мешочек.
– Раньше белые были. Ну, видать, сошла магия, они и потемнели.
Зара хмыкнула, затянула тесьму.
– Когда успела-то, бабушка?
– Да как… Спал он крепко, я вот ночью с его головы прядь-то и срезала. У магов вон целая коса, будут колдовать на него, и никто им не помешает… А так, может, и мы что-нибудь сумеем.
Ведьма уставилась на нее округлившимися глазами.
– Бабушка, что мы сумеем? Что? Неужели ты надумала с магами бороться? И ради кого? Этого… этого монстра?
Хозяйка молча отошла к печи и возилась там, смешивая травы, дожидаясь, пока подогреется вода в казанке. Потом запарила травяную смесь в высокой кружке и поставила перед Зарой. От питья поднимался теплый ароматный пар, Эльзара медленно вдохнула его, чувствуя, как уходит нервная дрожь, проясняется рассудок.
– Ну вот, так-то лучше. – Старушка присела напротив, наблюдая, как медленно, по глоточку, Зара пьет ее отвар. – Ты пей, пей, а я расскажу тебе одну давнюю историю…
