Оглядываясь назад, Степан только диву давался: еще два месяца назад любая из этих мелочей с гарантией вывела бы его если не из строя, то из себя точно! А уж перспектива сражаться насмерть его и вовсе бы или ввергла в ступор, или заставила бежать со всех ног куда подальше! А сейчас он спокойно натягивал тетиву самострела и аккуратно накладывал болт — суетливость способна напрочь испортить выстрел. Студент еще и хладнокровно мог подождать, пока враг приблизится, чтобы точно попасть из довольно несовершенного в плане прицельных приспособлений устройства именно туда, куда нужно.
Вот и сейчас, увидев туман с тентаклями, парень даже не подумал как-то отходить от заученной парадигмы: тетиву на взвод, поднять самострел в положение для выстрела, вложить болт с амулетной частью… Только когда кошкодевушка откровенно струхнула, парень напрягся: самому-то ему до чувствительности остроухой было как до князя пешком, а ведовских знаний, позволяющих верно оценивать противника, он пока просто не успел набраться. Тем не менее, все манипуляции с оружием совершены были все так же четко.
— По готовности! Бей!!!
Механизм немелодично тренькнул, и Степан вновь упер ногу в стремя, накидывая двумя руками толстую, плетеную из жил тетиву на упоры, одним глазом следя за полётом не самого быстрого снаряда. Вот он просвистел над головами бегущих, вот пробил дымку тумана, одновременно разгораясь белым огнем. Пронзил по дороге несколько ветвистых щупалец, похожих на садовые шланги-мутанты, прожигая широкий тоннель, и, окончательно потеряв инерцию, воткнулся в землю. Туман дернулся от него во все стороны, спасая свою эфемерную плоть… и тут же содрогнулся целиком весь: в дело вступила тяжелая магическая артиллерия. Сиречь лесная ведьма.
Спиральный росчерк чистой, без посредников-носителей, магии едва не развалил всю некроконструкцию надвое — правда, это больше была заслуга самого явления, дернувшегося в разные стороны, чем результат попадания. Непонятно было, можно ли применить вот к этому понятие «боль», но поражение частей своего странного неживого тела выползшая из урочища хрень определенно чувствовала и среагировала. К сожалению, реакцией этой оказался не испуг.
Шупальца-ветви резко выстрелили вперед, вынырнув из скрывающего их тумана, и смогли-таки достать двоих из только-только сумевших оторваться княжеских дружинников. Попаданцу показалось, что удар был нанесен слепо, словно противник не столько видел, сколько ощущал направление к ближайшим живым людям. Тем не менее, одному воину не повезло сразу: не помогла кольчужная брамица, словно её и не было. Оторванная голова в брызгах крови взлетела вверх — а вот ценная для твари алая жидкость из тела не пролилась: изначально непонятные конечности показались Степану похожими на шланги. Ими, по сути, и были.
Второй вой получил удар по корпусу, но почему-то внешне не пострадал, лишь покатился по склону, сбитый с ног. За ним, ветвясь на глазах, с явным намерением присосаться, потянулась еще одна тентакля. Показалось или нет, что на ярком солнце она чуть подернулась дымкой?
Не показалось. И если Степан лишь отметил реакцию, то молодая ведающая еще и выводы сделала. И скорректировала удар. В этот раз навстречу облаку с хваталками полетело что-то вроде плотной тучки с яркими искрами внутри. Она опять пробила защиту твари — теперь уже понятно, что выставленную от солнца — но ничего не прожгла. Сначала. Потому что потом волшебство сдетонировало внутри противника. И как!
К тому момент в туман улетел уже третий магический зажигательный боеприпас, причем студент попытался перебить им то щупальце, что уже почти впилось десятком «ртов» в сбитого с ног ратника. Не попал: все ж пока далековато было. И тут сработали чары Куницы. Это определенно было все то же белое пламя, сжегшее волколака изнутри, но в новом, сильно переработанном обличии. Яростные искры при детонации шрапнелью прошили облако тумана, пробивая щупальца… и разом полыхнули!
От ярчайшей вспышки в глазах мгновенно поплыли желтые круги. Но как будто того мало — воздух, внезапно приобретший плотность хорошо набитой подушки ударом наотмашь едва не сбил с ног! Точнее, парень бы так и завалился на бок, но его удержала Мява, а колдунью закрыл все так же висевший перед метлой светящийся щит. Зато княжеские дружинники покатились сбитыми кеглями, гремя вздетыми бронями и теряя (те, кто еще не успел) оружие, щиты и шеломы. А вот от врага осталась только обгорелое пятно травы.
— Очень неплотное тело, в кое облачилась эта тьма злых духов, — заметив, что ученик смотрит на неё, совершенно спокойно объяснила Ница. — Сгорало быстрее, чем занимались соседние участки. Пришлось поджигать везде.
— Объемный взрыв! — Стёпа аж выпучил глаза, поняв, как быстро и эффективно его наставница «переварила» новую для неё концепцию и переработала в атакующее плетение. — Ничего себе!
— А то ж! — подбоченилась девушка, чья гордость оказалась сильнее желания и дальше изображать из себя Мудрую Колдунью. — А теперь узна…
