– Аа, – Эдгар запрыгнул на соседний камень и изобразил ласточку, – А я полумал плохо тебе или скучно.
– Да ну, отличный праздник, – похвалил Олег.
– Спорим не скинешь, – вдруг прокричал Эдгар, перепрыгивая к Олегу и хватая того за пояс
– Эдик, отстань, – попытался сопротивляться Олег.
Завязалась шутливая потасовка. Приятели боролись, пытаясь столкнуть друг друга с каменного пятачка, сопели и смеялись одновременно. Эдгар был почти одного роста с Олегом, но сильно уступал приятелю в весе. Олег же значительно проигрывал в ловкости, сказывалось отсутствие регулярных спортивных нагрузок. Он сам не понял, в какой момент поскользнулся на мокром валуне и полетел вниз, уступая победу сопернику. В глазах потемнело.
– Ха! Получил жираф! – хохотал Эдгар, приплясывая на отвоеванной поверхности, – Олег? Олег, ты чего молчишь-то?
Эдгар спрыгнул на землю и склонился над неподвижно лежавшим приятелем. Тот был без сознания.
– Эй, – зачем-то обратился к нему Эдгар.
Он приподнял Олега за затылок и, похолодел: костяшки пальцев задели край камня, выступавшего из песка. Затылок Олега был мокрым от выступившей крови, лицо посерело. Эдгар приложил руку к шее приятеля и обрадовался, почувствовав ровное биение сердца. С души словно плиту бетонную сняли. Стало намного легче и дышать, и думать. Эдгар огляделся по сторонам. Все были увлечены участием в каком-то конкурсе и не обращали внимания на то, что происходило вокруг. Это хорошо.
Эдгар подхватил Олега за подмышки и осторожно оттащил к краю площадки, где осторожно прикрыл курткой. Получился очень хороший «спящий» юноша, если что сойдет за пьяного.
Надо позвонить домой. Эдгар побежал по тропинке на заправку, где обязательно должен быть телефон. О окне, куда полагалось отдавать деньги было пусто. Эдгар забарабанил в стекло, призывая кого-нибудь на помощь. Потом пришлось потратить драгоценные минуты, уговаривая лохматого кассира позволить воспользоваться телефоном. Тот вяло сопротивлялся, хотя было сразу видно, что разрешит. Наконец в окошко высунулась трубка, кассир выжидательно застыл над аппаратом, готовясь набирать номер. Эдгар продиктовал цифры.
– Алло, – раздался в трубке недовольный голос Иры.
–Привет, – поздоровался Эдгар, – Это я.
– А это я, – передразнила родственница, – что случилось?
– Позови, пожалуйста Джозаса, – попросил Эдгар, игнорируя вопрос.
– Он уже лёг, – сообщила Ира, – Эдик, что стряслось?
Эдгар сбивчиво поведал о случившемся, одновременно призывая Иру не волноваться. На удивление, та и не думала нервничать. Ровным голосом попросила ещё раз продиктовать точный адрес их местонахождения и назвать ориентиры, по которым можно сверять дорогу, после чего справилась о состоянии Андриуса и положила трубку, велев ждать. Железная женщина.
Эдгар прошел к машине и забрался на водительское сиденье. Он подумал, что хорошо бы проведать Андриуса, но так и не нашел в себе сил сдвинуться с места. Эдгар боялся, что по его вине могло случиться самое страшное. Звуки праздника теперь напоминали сатанинские стенания. Деревья осуждающе качали серыми изломанными верхушками, где-то вдалеке истерически выла пожарная сирена. Мрак.
Через какое-то время Эдгар скорее почувствовал, чем услышал, что рядом остановилась машина. Бодро захлопали дверцы, послышался цокот каблучков, и через пару мгновений в окне появилась всклокоченная голова Аваритии:
– Ну? – зычно вопросила она.
Из-за плеча супруги выглянул обеспокоенный Марк, за ним маячили Ира и Джозас. Эдгар в очередной раз удивился тому, как быстро эти люди объединяются для решения семейных дел. Впрочем, они и не разъединялись, иногда их внимание было навязчивым и липким, но Эдгар готов был терпеть его вечно, благодарный, что они приняли в свой круг и его.
– Он там, на берегу, – прохрипел Эдгар.
– Эдик, ты – идиот, – воскликнул Марк и добавил, – как врач тебе говорю.
– Согласен, – буркнул Джозас, – Веди, душегуб!
Они гуськом вернулись на поляну. Эдгар шел впереди, показывая путь, насупленная Ира, хранившая ледяное молчание, замыкала странную процессию. На мужчинах были почти одинаковые брючные костюмы и тонкие городские ботинки, больше подходящие для прогулок по бульвару, чем по ночному лесу. Аварития щеголяла в чем-то блестящем и струящемся, увязая в земле тонкими каблучками и тихонько чертыхаясь время от времени. Ира одна из всех была одета к месту: в джинсы и неприметную куртку.
Одинокая фигура темнела на том же месте, где Эдгар её оставил. Он приостановился, пропуская семью вперед. Ира решительно направилась к лежащему без движения Андриусу. Он по-прежнему был без сознания.
– Рит, дай нашатырь, – обратилась ира к сестре и не глядя протянула руку.
Аварития вложила в её ладонь крохотный пузырек. Ира отвинтила крышку и, поморщившись от резкого запаха, поднесла бутылочку к носу зятя. Тот в ответ шумно вздохнул и попытался увернуться от источника вони. И открыл глаза.
– О, тёщенька, – хрипло улыбнулся Андриус, – Что случилось?
Тут его лицо исказилось от внезапной догадки. Он побледнел ещё больше, если такое было возможно и прошептал:
