— На сайте информации мало. Так, год основания. Немного пафоса о высоких целях и глобальных задачах, над выполнением которых работают лучшие специалисты. Ещё, что там оказывают психологическую поддержку в сложных жизненных ситуациях, помогают в борьбе с навязчивыми состояниями, депрессией и так далее. В целом стандартный набор. Интересно другое.
Снимок сменился новым. Этот был сделан откуда-то сверху, но качество его было средним и даже ниже. Лично Данила видел несколько оттенков зеленого, среди которого набросали пяток белых пятен.
— На сайте нет ни номеров телефонов, ни формы обратной связи и так далее. Адрес — только юридический. Я пробил. Это маленькое агентство, которое и занимается предоставлением юридических адресов, перенаправлением корреспонденции и прочими делами на грани законности. Ещё примечательно, что в сети нет рекламы. Кто сейчас ведет бизнес и без рекламы?
Данила не знал.
Он в принципе начал подозревать, что его представления о ведении бизнеса прилично так расходятся с реальностью.
— Как тогда вообще туда люди попадают? — Ляля пристроилась на низенькой резной скамеечке, а на полу разложила кучу каких-то блестяшек, которые теперь перебирала, протягивая то одну, то другую Эмфиземе. А та в ответ давала другие блестяшки.
И судя по виду, обе от процесса получали немалое удовольствие. Но на экран поглядывали, так, чтоб от процесса не отрываться. Демон, которого никто не звал, но он всё одно явился, устроился в углу, на стульчике, который вытащил из своего портфеля.
— По рекомендациям, наверное. Так-то я не знаю, — Данила наморщил лоб. — А ведь и вправду не думал особо…
— Откуда сам ты про неё узнал? — Ульяна глядела на снимок и слегка щурилась. — Мне оно не нравится. Она. Как правильно?
— Никак. Чем не нравится?
— Не знаю. Просто… верни ту, первую, фотку? Откуда она?
— Случайно. Кто-то из местных слил. Там рядом посёлок есть, раньше деревня, а теперь уже почти черта города. Людей немного, но имеются. И в местном сообществе пост вывесили, про «Синюю птицу». Точнее про то, что там творятся страшные дела. Вроде как раньше на этом месте была психиатрическая лечебница. На базе её проводились эксперименты, — Игорек снимок вернул. И Данила искренне на него уставился, пытаясь понять, чего же там Тараканова разглядела. — Больных использовали, чтобы испытывать по одной версии новые лекарства, по другой — вообще в жертвы приносили. По третьей просто главврач свихнулся… ну, обычная такая городская легенда средней руки.
— Не знаю… что-то здесь не то. Может, конечно, предвзятость? Просто вот… не нравится!
Это Ульяна повторила с непонятным упрямством.
— Интуиция, — подал голос демон. — Ведьмы отличаются чрезвычайно развитой интуицией, которая находится на грани с предвидением. Существует теория, что это есть естественное следствие исходной их связи с миром и его энергетическими потоками, которые пронизывают всё и вся. Соответственно в общемировом энергетическом поле имеется информация о происходящем в данном мире или на отдельно взятом его участке. Однако работа с данным полем имеет ряд сложностей. Разум обычного смертного, даже демона или кого-то из высших рас недостаточно совершенен, чтобы без последствий для себя черпать эту информацию, а потому как правило, используют некоторые опосредованные методы подключения. К примеру, шаманизм или спиритуализм, все предсказания…
— То есть…
— Чем старше и сильнее ведьма, тем чётче она слышит мир, — подытожил Игорёк. — Так что, если тебе что-то здесь не нравится… что именно?
— Я в самом деле не могу понять, — Ульяна поднялась и сделала шаг.
Данила прищурился и снова уставился на снимок.
Вроде… ничего такого. Деревья. Кусты. Трава. Кусок стены с чёрным окном. Никаких зловещих силуэтов, теней или чудовищ, не говоря уже о большем.
— Просто… не нравится. Плохое место.
— Тогда надо смотреть, — Никита почесался за другим ухом, чем привлёк внимание Ляли.
— Ты случайно блох не подхватил?
— От кого?
— Откуда ж я знаю.
— Это просто жарко!
— Завтра к грумеру свозим, — пообещал Данила. — И помоем. Потому что действительно жарко, а у него вот шерсть. И даже если блохи, то это ерунда… а слышал, слышал… от кого же я слышал. Чтоб… никогда на память не жаловался!
Думай, Мелецкий.
«Синяя птица».
Да, точно. Он тогда ещё рассмеялся, мол, как в песне, птица удачи. И ещё ляпнул какую-то глупость, что, мол, там удачи всем отсыпают. А на него посмотрели, как на придурка… и Элька… точно, Элька сказала, что туда лучше не попадать. Что если угодил, то всё, с концами, человеком не выберешься.
— Элька, — Данила распрямился. — Точно! Она мне про неё рассказала. Ну, бывшая моя…
Ульяна резко отвернулась от экрана и сощурилась нехорошо. Правда, тотчас выдохнула и уточнила:
— Что именно?
Но ведь сощурилась же. Значит… ревнует? Впрочем, сейчас от Данилы ждали другого.
— Да так, просто пара фраз… и в голове вот засели. У неё, кажется, кто-то из знакомых туда попал. Или знакомый знакомого. Чтоб… не помню. Я её редко слушал.
— Ты вообще кого-то, кроме себя, редко слушал, — Ульяна, стоявшая перед экранами, повернулась. — Звони.
— Эльке?
