Мартин тоже донимала мужчин в их постелях. Она кусала пальцы и превращалась в черного кабана. Женщина вообще специализировалась на животных: судьям довелось услышать рассказы об утопленных волах, сведенных с ума коровах, отравленной скотине, летающих щенках, превращенных в бочонки собаках, котах-убийцах. Мартин неплохо разбиралась и в других странных вещах – ведь у нее для этого было несколько десятилетий. В течение двух лет одного мужчину из Солсбери все время куда-то таскали демоны. На полгода они даже лишили его дара речи. Теперь он клялся, что на их адских сборищах, где ему предлагали подписать книжку в обмен на «все самое лакомое в мире – людей, вещи и места, которые он только мог себе представить», – он видел Сюзанну Мартин [18]. Другой мужчина, пятидесяти трех лет, субботней ночью много лет назад не мог найти дорогу домой, хотя был от дома недалеко и шел при ярком лунном свете, – и возложил ответственность за это происшествие на Мартин. Прямо рядом с принадлежащим ей полем он упал в канаву, которой, он точно знал, там отродясь не было.
Сюзанна Мартин спорила о местах на скамьях в церкви. Она жестко торговалась, ругалась со своим зятем; презирала тех, кто свидетельствовал против нее в 1669 году, и теперь многие вспоминали об этом в красках. Когда столяр из Солсбери во время того разбирательства предположил, что она ведьма, Мартин пообещала, что «некая дьяволица скоро его похитит» [19]. На следующую ночь ему, спящему, вцепилась в горло кошка-убийца. После был случай с женщиной из Солсбери, давшей показания большому жюри. Мартин после процесса появилась перед ней, пока та доила корову, и прокричала: «За то, что ты ославила меня в суде, я превращу тебя в самое ничтожное создание на земле». Через два месяца ни с того ни с сего эта женщина начала нести околесицу. Врачи объявили, что она заколдована, и такой она осталась на два следующих десятилетия[84].
Сложно сказать, что из чего следовало: Мартин, как Бриджет Бишоп, была слишком напористой, потому что уже раньше отвечала перед судом, или она прежде оказалась в суде из-за того, что была слишком напористой? Порочный круг: обвинение в колдовстве автоматически делало вас подозрительно похожим на колдуна или колдунью. Видимо, единственной реакцией на необоснованные обвинения оказалось сквернословие – тогда понятно, почему Мартин не стеснялась в выражениях. Однажды замеченная, она теперь как магнитом притягивала к себе обвинения: 1692 год был хорош для того, чтобы оживить дела давно забытых дней. Когда возникают вопросы, мы ищем ответы. А когда доходит до осуждения, любой из нас может оказаться мишенью. Как только Бриджет Бишоп рассказала сыну мельника, какие о ней ходят слухи, с ним начали твориться странности. Мы не знаем, что говорила Мартин в суде 29 июня обвинителям и магистратам, но она точно оставалась непреклонной весь процесс. «Главное, в чем она убеждала, – отмечал Коттон Мэзер на основе не дошедших до нас документов, – так это в своей добродетельной и благочестивой жизни». Он расценивал это как кощунство. Присяжные согласились и выдали вердикт «виновна». Спустя несколько месяцев, изучив материалы дела, Мэзер написал последнее слово о Сюзанне Мартин, которую никогда в жизни не видел и впредь не увидит: «Эта женщина была одним из самых бесстыдных, грубых и злобных существ на свете».
Еще два дела на той же неделе спровоцировали вполне естественную злобу и сверхъестественные выходки. В показаниях против Элизабет Хау из Топсфилда присутствовало полное собрание сказочных чудес: прыгающие свиньи, отравленная репа, самоопустошающиеся сосуды, исчезающие столбики изгородей, вызывающие амнезию яблоки [20]. Две важные особенности отличали ее случай от дела Мартин. Отравившийся репой вол принадлежал одному ее зятю, прыгающая свинья – другому. В мае, когда назвали ее имя, Хау попросила первого зятя о помощи. Не может ли он сопровождать ее в Салем? Муж ее был слеп и не мог предпринять такую поездку, а отправляться в одиночку ей не хотелось. Тут Хау пришлось испытать и на себе, как трудно рассеять облако подозрения, которое, раз поднявшись, быстро распространяется по округе. Я бы с готовностью пошел, сказал зять, при любых других обстоятельствах, но здесь я провожу черту. Он поторговался с ней еще немного: «Если ты ведьма, скажи, как долго это уже продолжается и что ты натворила, – тогда я пойду с тобой». На следующий вечер его свинья, подпрыгнув на метр в высоту, «обернулась вокруг себя, взвизгнула, повалилась наземь и издохла».
