Свои промокшие туфли она бросила под кустом розмарина на заднем дворе, где лежал ключ на случай, если бы дверь оказалась заперта, босиком поднялась по лестнице для слуг и крадучись прошла по коридору в свою спальню.
Казалось, прошла целая жизнь с тех пор, как Морвен была здесь последний раз. Она покинула ее в своем лучшем платье, готовясь встретить к чаю гостей отца, а когда вернулась, ее мир оказался перевернутым с ног на голову, а планы испорчены – как ее некогда безупречное платье.
В комнате было чисто, ее ночная рубашка лежала на кровати, одежда была развешана в шкафу. Морвен переоделась и свалила все в кучу на холодном камине. Платью она предпочла свой самый теплый костюм для верховой езды с юбкой-штанами и длиннополым пальто. Одеваясь, она внимательно осматривала комнату, решая, что возьмет с собой и как быстро сможет упаковать дорожный чемодан.
Пятнадцать минут спустя снизу послышался какой-то шум, это слуги приступали к своим повседневным обязанностям. Морвен глубоко вздохнула, открыла дверь спальни и, прежде чем выскользнуть из комнаты, выглянула в коридор. С чемоданом в одной руке и сапогами в другой она осторожно направилась к лестнице для слуг.
И тут она услышала шаги горничной, которая поднималась наверх.
Морвен развернулась и поспешила в другую сторону, полагая, что сможет выйти через парадную дверь: просто спуститься в переднюю, а оттуда – прямиком на улицу. Она добралась до лестницы, но прежде, чем успела поставить ногу на верхнюю ступеньку, из маленькой столовой возле кухни услышала голос Чесли. Должно быть, прошло больше времени, чем она предполагала. Если она попадется на глаза Чесли, ей ни за что не сбежать.
Морвен снова повернулась и бросилась по коридору к будуару леди Ирэн. Больше ей ничего не оставалось. Если мать спит, возможно, удастся на цыпочках пробраться через спальню в ее великолепную ванную, а затем спуститься по тайной лестнице.
Морвен помедлила, положив руку на дверную ручку, но звонок из спальни отца заставил ее вздрогнуть от испуга. Если он поймает ее – если кто-нибудь сейчас ее остановит! – со свободой будет покончено навеки.
Она стиснула зубы, повернула ручку и вошла.
Будуар был слабо освещен; через занавешенное окно еще не проник ранний солнечный свет. Морвен заперла за собой дверь и осторожно, с опаской открыла дверь в спальню матери.
Ей удалось не щелкнуть щеколдой, но она шла словно навстречу утреннему солнцу. Шторы были отодвинуты, а огромное зеркало и кремовые стены пылали от света. Долгие мгновения Морвен стояла, моргая от этого блеска.
Она услышала голос матери прежде, чем смогла различить ее силуэт.
– Ее не похоронят на кладбище, ты же знаешь, – сказала леди Ирэн. – Ваши усилия впустую, твои и Яго.
Морвен снова моргнула и начала понимать, что мать стоит в центре комнаты на красивом узорчатом ковре. На ней был белый пеньюар, густые темные волосы перехвачены белой лентой. Она, казалось, материализовалась из света, и этот эффект обескураживал. Кристалл лежал у ее ног в озере из мятого полотна, на его гладкой верхушке горел солнечный свет.
Морвен указала на него.
– Ты шпионила за нами! – Она не смогла избавиться от дрожи в голосе.
– Гадала на кристалле. Морвен, тебе пора называть вещи правильно.
Девушка сделала шаг вперед:
– Маман, я ухожу.
Леди Ирэн не двинулась с места:
– Ты никуда не пойдешь. Я позаботилась об этом.
– Что это значит?
– Я отпустила его.
– Кого?
– Этого проклятого коня, разумеется.
Морвен ахнула:
– Ты не могла так поступить! Инир мой!
– Я знаю, что лучше для тебя, Морвен.
Леди Ирэн наклонилась, чтобы обернуть кристалл полотном.
– Маман, как ты могла? Ты потеряла собственного фамильяра, а теперь отнимаешь у меня моего?
– Мы найдем тебе другого духа-фамильяра, более… подходящего.
– Мне еще многое нужно узнать, но я знаю, что это фамильяры выбирают нас, а не наоборот, – сдавленным от боли голосом произнесла Морвен.
– В таком случае обойдешься без него, как сделала я, – отрезала леди Ирэн.
Держа камень в руках, она выпрямилась и повернулась к дивану у окна.
Ярость уничтожила в сознании Морвен все, кроме потребности найти Инира, и освободила разум от сомнений. Решительно настроенная, она ринулась вперед, ловким движением выхватила из рук матери кристалл, помчалась в ванную комнату и отдернула занавеску, скрывающую тайную лестницу. Леди Ирэн, от неожиданности застывшая на месте, вскрикнула, но Морвен не обратила на нее внимания. Она уже миновала маленькую дверцу и была на полпути вниз по темной лестнице, когда поняла, что не прихватила свой дорожный чемодан и деньги.
Но она даже не остановилась. Все, что сейчас имело значение, – это Инир. Единственное, что ее волновало, – это добраться до конюшни прежде, чем кто-то его уведет.
