— Тогда предлагаю так. Я достаточно давно отошел от дел, и в нынешних молодежных субкультурах не понимаю ничего. Ты, мне кажется, сможешь в этом разобраться и мне помочь. Дело тут не только в возрасте, но и в том, что факультет твой дает для этого все возможности. Сразу скажу: о внедрении или настоящих оперативных действиях речи идти не может, в твоей ситуации это слишком опасно. Согласна?
Настя снова хотела кивнуть, но наставник прервал ее:
— Предупреждаю заранее: сведения могут понадобиться мне в любое время дня и ночи. Действительно в любое. Хотя беспокоить буду только по делу, обещаю. А если самой что-нибудь в голову придет — тоже звони, когда хочешь. Точнее, как только в голову придет — сразу и звони. Еще раз — согласна?
Похоже, условия были далеко не самыми ужасными, по крайней мере, даже не такими тяжелыми, как Настя ожидала, и на этот раз она решила произнести вслух:
— Согласна, Георгий Иванович.
— Отлично, — кивнул тот. — Тогда так. Все представленные документы я изучу и перешлю тебе копии — сегодня вечером. Ожидаю, что завтра с утра ты уже сможешь мне что-то сказать.
— Утро во сколько начинается? У вас? — улыбнувшись, уточнила Настя. — И честно, не ждите открытий так быстро. Я не тусовщица, если честно, и знания о субкультурах у меня на уровне болтовни однокурсниц типа «а ты знаешь, Вася стал урлоготом-эмопанком!» Или как их там…
Теперь улыбнулся Корбут:
— А я и не жду. Просто скажи, что смогла заметить и понять. Или что показалось, — он встал со скамейки, явно собираясь уходить, и добавил: — Утро в семь начинается. Я старенький уже.
В спортзал к Маргоше Настя бежала. Не потому, что опаздывала — наоборот, времени было с запасом, — а потому, что вспомнила, что собиралась позвонить названой сестре еще вчера вечером, рассказать об инциденте с Дракулиным и попросить совета. Она даже не удивлялась, как могла забыть об этом: слишком много событий навалилось…
Марго в марте открыла свой небольшой спортзал при фитнес-центре в Конькове. Тренировала она только нежить, и посетителей было пока немного. Сложно сказать, кто надавил, и каким образом в результате руководство — как отдела, так и более высокое, — согласилось предоставить Насте возможность проходить физподготовку и учиться самообороне у частного тренера, но для нее это был оптимальный вариант, что и говорить. Правда, оставалось условие, что зачеты и нормативы она будет сдавать официально, наравне со всеми остальными сотрудниками, и она побаивалась этого.
Обычная самооборона шла у нее несколько лучше, чем магическая. Настя предпочитала считать, что дело не в послаблениях, которые дает ей Марго по дружбе и родству, а в том, что та приготовила для нее самолично изобретенный эклектический стиль, главным преимуществом которого было почти полное отсутствие правил. Поэтому, если не получался один прием, можно было с чистой совестью пробовать другой, а Маргоша, оценивая ее усилия, со смехом говорила, что Настя, безусловно, поставит врага в тупик своей непредсказуемостью…
…— Марго! — с порога позвала Настя тренершу.
Тишина. В зале, похоже, сегодня посетителей не было. Маргоша тоже не отвечала.
— Марго! Ты где?
Настя прошла вглубь, огибая тренажеры и беговые дорожки. В душе у нее нарастала тревога.
Марго обнаружилась в дальнем конце зала. К окну был придвинут мат, на него широким прямоугольником падал солнечный свет, и под ним во весь рост растянулась тренер — шерсть золотилась под лучами. Настя замерла, не зная, как ей поступить.
Наконец, Маргоша соизволила вздохнуть и приоткрыть один голубой глаз:
— Ну что ты так кричишь? — укоризненно спросила она. — Пожар? Или на улице рыбов бесплатно раздают?
Настя рассмеялась над своими страхами. Марго потянулась и села на мат:
— Знаешь что, сегодня, пожалуй, просто на тренажерах разомнешься. Мне лениво, если честно. Солнышко немного вылезло… — она зажмурилась от удовольствия.
Это как нельзя более подходило Настиным целям.
— Давай начнем не прямо сейчас: двадцать минут почти до тренировки. Надо рассказать кое-что…
Она плюхнулась рядом на мат, и, торопясь, начала рассказывать о странном поведении Дракулина по отношению к ней — с самого начала. Марго слушала Настю, все больше мрачнея.
— Ты уверена, что это не провокация? — наконец, спросила она.
Настя только развела руками: конечно, провокация, только каковы цели и что за ней стоит? А может, кто?
— Ну, давай не будем тратить время на версии. Я предполагаю два крайних варианта, остальные будут так или иначе их разновидностями. Первый — худший. Скажи, ты Владу говорила об этом?
— Нет, конечно! — возмутилась Настя. — Еще не хватало его впутывать!
— И правильно… — вздохнула Марго. — Он видел, что этот Дракулин на тебя смотрит постоянно? На совещаниях, я имею в виду?
Настя поморщилась:
— На службе Влад и меня-то не видит… Ну так, смотрит в порядке исключения. Если дело именно меня и касается…
Марго долго молчала, прежде чем сказать:
