Они оба были превосходны, подумала Диадра. И король Плоидис, державший спину столь ровно, будто и не было на ней глубоких шрамов, все еще доставлявших ему болезненные ощущения, особенно по вечерам. И Иллиандра, в светлом расшитом серебряной нитью и жемчугом платье, с густыми, но небывало короткими волосами, чьи подкрученные кверху пряди дерзко топорщились вокруг ее шеи, лишь кое-где прихваченные жемчужными заколками.
Оглядывая толпу, Диадра с удивлением отметила, как изменились устремленные на принцессу взгляды. Нет, безусловно, она все еще замечала зависть и злобу во многих красивых, подчеркнутых тушью глазах. Тетя Маден, и эта надменная дама с поджатыми губами, со знающим видом выносившая свои глупые замечания о политике, и еще несколько расфуфыренных лиц… но больше было иных — тех, что были наполнены интересом, даже уважением. Диадра насчитала как минимум две дюжины гостей, чьи роскошные парадные костюмы были украшены простыми белыми повязками на плечах, такими же, какие были у нее и Берзадилара. И, несомненно, одна — небеленая и совсем простая — красовалась на плече у короля.
Плоидис и Иллиандра дошли до королевской ложи и обернулись, наблюдая, как последние гости поднимаются из поклонов.
— Я искренне рад приветствовать всех собравшихся здесь сегодня, — начал Плоидис, и его бархатный голос эхом раскатился по залу. — Я рад видеть вас невредимыми и хочу официально объявить о том, что спокойствие в Лиодасе восстановлено. И сейчас я имею честь представить вам человека, которому мы в немалой доле обязаны этим спокойствием. Прошу приветствовать, перед вами — герцог Берзадилар де Феленро!
Взволнованный шепот прокатился по толпе, когда Плоидис произнес это имя.
— Тезка?..
— Наверняка наследник…
— Герцог, подумать только… в Лиодасе давно не было ни одного…
Берзадилар с улыбкой отделился от толпы и, сделав несколько шагов до королевской ложи, почтительно поклонился королю.
— Благодарю, Ваше Величество.
— Примите мою благодарность за Ваши заслуги перед Лиодасом, — ответил Плоидис и вновь обращаясь к залу, добавил: — Отдавая дань уважения бесценной Эстер Фрауэр, недавно пожелавшей сложить с себя полномочия придворного чародея Лиодаса, я также хочу сообщить, что с этого дня герцог де Феленро является ее официальным преемником в данной должности! — Плоидис дал вежливым аплодисментам продлиться несколько мгновений. — Теперь прошу Вас, начинаем бал, дамы и господа.
Берзадилар не успел сделать и нескольких шагов со ступеней королевской ложи, как его тут же окружила стайка восторженных, взволнованно машущих веерами девушек.
— Вы в самом деле спасли Лиодас?..
— Как?..
— Просим Вас, расскажите!
— Вы ведь маг?..
— А Вы действительно наследник знаменитого Берзадилара де Феленро?..
Диадра, стоявшая всего в нескольких шагах на еще не убранной лакеями алой дорожке, взирала на все с удивлением и мгновенно разгоравшейся ревностью. Да что они себе возомнили??.. Эти настырные девицы, еще минуту назад томно вздыхавшие и провожавшие взглядами короля, теперь моментально учуяли новую жертву, успешную, красивую, носившую редкий титул… и вот они уже одаривали его соблазнительными улыбками, и каждая надеялась, что он обязательно заметит именно ее.
Берзадилар обворожительно улыбнулся.
— Я, несомненно, расскажу обо всем позже, когда все мы устанем от танцев, милые дамы, — сказал он, впрочем, зная, что этого не случится. — А сейчас прошу вас ненадолго извинить меня.
Он сделал шаг, и поклонницы разочарованно расступились, провожая его взглядами. Берзадилар подошел прямо к Диадре и, взяв ее руку, притянул девушку к себе и коснулся ее пальцев нежным, чуть более долгим, чем положено, поцелуем. Диадра смотрела только на него, но буквально почувствовала, как девицы позади них вздыхают от зависти и разочарования.
— Потанцуешь со мной, Ди?..
Она улыбнулась, чувствуя, как ревность бесследно тает в ее сердце.
— С удовольствием.
Он обхватил ее за талию и спустя несколько мгновений легко закружил по паркету под нежные звуки первого вальса. Диадра с любовью смотрела в его глаза.
— Я мечтала танцевать с тобой, Берзадилар.
Он нежно улыбнулся:
— Отныне мы можем делать это всегда, когда ты захочешь.
— Ох… — Диадра чуть оступилась, не сразу попадая в его неожиданный поворот, и рассмеялась: — Разумеется, только, пожалуй, перед этим мне придется преподать тебе пару уроков.
Брови Берзадилара взметнулись.
— Что?..
— Этого па не бывает в вальсе.
Он рассмеялся в ответ.
— Брось, Ди, я станцевал их сотни.
— Ох, ну вот, опять. Что ты творишь?..
Он сощурился в усмешке.
— Ты серьезно? Как же, по-твоему, верно?
— Например, вот так, — сказала она, указывая взглядом на кружившиеся пары. — Или так.
— Что ж, — усмехнулся Берзадилар, проследив за ними несколько мгновений. — Похоже, за триста лет вы весьма упростили себе жизнь, выбросив из танца дюжину красивых узоров, — он неожиданно притянул ее к себе и прошептал: — Хочешь я покажу тебе, как поистине мы танцевали это тогда, Ди?.. Только забудь о своих правилах. Забудь обо всем. Просто почувствуй меня.
Она взглянула на него с неожиданным предвкушением.
— Хорошо.
