Добраться до редакции оказалось не так и просто, несмотря на то, что машин было меньше обычного. Но продолжающаяся метель превратила дороги в нечто на ее взгляд непригодное для передвижения. Похоже, однако, что Клод так не считал. Он совершенно спокойно, как и накануне, управлял машиной, и казалось, не замечал белого вихря снежинок за окнами автомобиля. Возможно, ему не грозила смерть в аварии?
Кристина растерянно потерла лоб, теряясь во всем, что теперь стало ее реальностью.
— Клод…? — она не была уверена, что стоит отвлекать его внимание при такой-то дороге, но тот сразу же повернулся к ней лицом, с улыбкой приподнимая бровь.
— То, что ты рассказывал о своей семье,…- она чуть поджала губы, сомневаясь, что о таком можно спросить тактично, но он смотрел на нее так же спокойно, и это придало силы Крис. — Это правда?
— Да, — так же спокойно ответил Клод, отворачиваясь к дороге, — с поправкой на вмешательство Ордена и магии, конечно. — Он уверенно затормозил перед самым входом в здание, где располагалась ее редакция, и опять с легкой улыбкой повернулся лицом к Крис. — Иди, милая, ты хотела время — я даю его тебе, но на моих условиях, — Клод наклонился вперед, почти касаясь ее губ, и Кристина совсем не хотела и не собиралась отклоняться. — Имей в виду, за тобой будут присматривать. Больше ты не останешься без охраны, — Клод жарко и крепко поцеловал ее, — и не смей снимать крест.
После такого поцелуя ее дыхания не хватало на слова, только на слабый кивок. Вероятно, на это он и рассчитывал, планируя таким образом отвлечь от новости о постоянной охране. Уже успев немного изучить этого мужчину, Крис вполне могла допустить подобный вариант.
— Я заберу тебя вечером, — губы Клода все еще были близко к лицу Кристины, пока он продолжал «инструктаж», а его ладонь обхватывала ее щеку. — А ты — будешь звонить мне, если вдруг, что-то случится, или если тебе покажется что-то неладное, и каждый час — просто, чтобы сказать, что не случилось ничего. Ясно?
— Это немного напоминает паранойю, Клод, тебе так не кажется? — Кристина отстранилась, усмехаясь, и потянулась к ручке двери.
— Возможно, — легко согласился Клод, останавив ее руку, и сам вышел из машины. — Но я не собираюсь снова допустить ошибку, — продолжил он, открывая дверь с ее стороны, и подавая Кристине руку, чтобы помочь выйти. — Это не обсуждается.
— Клод…, - она собиралась возмутиться и напомнить, что пока он, со всем этим бредом о магии и колдунах, о перерождении и воспоминаниях из прошлого, не появился в ее жизни — Кристине ни разу не угрожало ничего серьезней, чем нелестная критика ее журнала в рейтинге, или падение кирпича с крыши дома. То есть все то, что по статистике, могло угрожать любому человеку.
Однако Клод, уже знал, казалось, как можно прервать любое возмущение Кристины. И последней здравой мысль до того, как она полностью отдалась поцелую, которым он отвлек ее, было недовольство тем, сколь быстро Клод нашел к ней подход. А потом, на пару минут, она забыла и о том, что стояла на улице, посреди метели, и обо всем, что узнала за утро и предыдущую ночь. В этот миг не было ничего важнее его губ, которые так нежно, но с напором, ласкали ее рот; его языка, который лишал всякого здравого смысла своими движениями. Ничего, кроме Клода. И это казалось чересчур верным…
— Я жду звонка через пятьдесят пять минут, девочка, — дыша не менее прерывисто, чем она сама, Клод, наконец, отстранился от ее губ, целуя щеку. — Если ты не позвонишь — я буду здесь через десять минут. Потому, когда мысль о паранойе придет тебе в голову, Кристина, вспомни, чем окончился прошлый мой визит в твой кабинет, — он насмешливо скривил губы и легко поцеловал кончик ее носа, разворачивая Крис ко входу, — через пятьдесят три минуты, — уточнил он еще раз, вызывая у Кристины нечто, напоминающее недовольный рык. Впрочем, Клод не казался впечатленным или испуганным подобным проявлением ее раздражения в ответ на его настойчивость.
Часы показывали без двадцати минут двенадцать.
Это был рекорд. Из трех часов, прошедших с момента их расставания, последние тридцать минут были самым продолжительным временем, за которое Крис ему ни разу не позвонила.
Клод усмехнулся. Да уж, дать ей время — было хорошей идеей. Очевидно, его присутствие рядом, чересчур отвлекало Кристину, мешая думать. Потому что, первый раз она позвонила ему спустя десять минут после их «прощания».
Воспоминание о том, как он едва не развернул машину, наплевав на здравый смысл и решение дать ей отдохнуть от всей этой мистики, едва увидел на дисплее номер Крис, заставило Великого Магистра покачать головой. Он слишком серьезно отнесся к вопросу ее безопасности. Но не собирался об этом сожалеть.
Однако то, как именно звучал ее голос на вопросе «Я — ВЕДЬМА?!» в трубке — послужило хорошей компенсацией за этот… хм, за беспокойство. Очень, очень сильное беспокойство, испытанное по ее вине.
Кажется, Кристину немного обидел его смех в ответ на эти слова…
Но она быстро отошла.
