Гвалт, поднявшийся внизу, перекрыли короткие мелодичные наигрыши. Ула удивлённо переводила взгляд с Карвелла, мелькавшего в гуще атаки, на людскую массу, пытаясь понять, откуда льётся мелодия. Звуки врывались в толпу мощной волной, постепенно стихающей, баюкающей тихим оплетением нот. И вскоре стража заметно сникла, потеряла боевой запал, больше отбивалась, а не нападала. Отряды же, что ворвались в замок, не стремились убить врага, а лишь расчищали себе путь.
Воины закачались на месте, опустив руки с оружием. Все расступились. И тут Ула выхватила взглядом фигуру, возвышающуюся над остальными. Не в силах разглядеть отдельные черты, она всматривалась, насколько позволяло её стеснённое положение в руках Фина.
Тонкий, угловатый человек в коричнево-зелёных одеждах держал флейту у губ, и последние звуки заставили стражу осесть на плитку двора. Он поднял лицо к галерее, сделав шаг вперёд, не совсем уверенно, чуть сгибаясь влево, будто что-то тянуло его вниз. Ветер трепал зеленоватые пёрышки волос, тело напряглось переплетением узлов и тонких волокон, наполненных соком живого растения или древа. Однажды Урсула уже видела такие волосы и соединение ветвей с человеческой плотью. Сердце кольнуло — не то болезненным воспоминанием, не то радостным ожиданием чуда.
— Ведьмацкий подменыш!
Фин не позволил ей долго стоять. Поволок дальше, упирающуюся и постепенно теряющую силы. Неожиданное спасение, промелькнувшее рядом, сделало Улу менее собранной. Ей начало казаться, что они вечность бегут по коридорам и этажам, а погоня, следующая за ними, заводит их всё глубже и глубже.
— Выхода нет, но один я не уйду! — Он с силой втолкнул её куда-то.
Ула упала. Ладони и лицо ощутили мелкие влажные крупинки песка.
— Дар, — не сказала, подумала она, только губы зашевелились. — Живой?
Отрезала невыносимо прекрасную, но безумную мысль. Потом, всё потом. Скрип и лязг заставили Урсулу очнуться, а следом донёсся тонкий напев флейты. Ула поднялась, когда сверху послышались голоса.
— Далеко… Не достать. — Низкий, резкий тембр, почти незнакомый, но отчего-то притягательный, пробуждающий искры под кожей. — И в нём часть тьмы, нельзя убивать.
— Ула! — Голос Карвелла. — Щиты, девочка, щиты справа от тебя!
Послушная зову, Ула не глядя метнулась вправо, рука сама сжала рукоять кинжала, оставленного на тренировочной арене. Она привыкла подчиняться голосу наставника во время боя. Откинула волосы, залепившие лицо. Ула была вся мокрая от пота. Руки дрожали. Кое-как отойдя от оглушения погоней и падением, она осторожно осмотрелась и наконец поняла, куда забился Финиам со своей жертвой, не желая выпускать добычу из пасти.
— Три шага вперёд! — снова закричал Карвелл. — Соберись! Урсула Бидгар!
Жёсткие нотки в его тоне помогли. Она вдохнула и нашла Фина перед собой.
— Раян забрал у него тьму! Забрал! — сообразив, закричала Ула.
Личвард переступал с ноги на ногу, метался по арене, вспахивая песок носком сапога. Слова леди Скоггард он пропустил мимо, полностью поглощённый иными мыслями.
— Ключ у меня, милая Ула. — Он показал вещицу, зажатую между пальцев. — Выйти ты сможешь только со мной.
— Сразись со мной, Финиам! — Резкое, яростное эхо отразилось от камней.
— Наша дуэль окончена, ведьмак! — заорал Фин, обходя стороной Улу, стоя в позиции для нападения. — Тебя я убил!
Выпад, а Ула ушла от его руки в сторону, пытаясь полоснуть бок, но и Личвард смог уклониться.
О муже Ула старалась не думать, боясь потерять внимание в бою.
— Ты не уйдёшь! — крикнул Дагдар в ответ.
— Не уйду, — согласился Фин. — Но и она умрёт!
Они переместились, поменявшись местами, снова кружили и отскакивали от нападений друг друга. Уле придётся убить сына советника, иначе бой продлится бесконечно, пока кто-нибудь не потеряет бдительность и не упадёт без сил. А у неё уже дрожали ноги, пальцы свело. Кинжал вот-вот готов был выпасть из рук. Карвелл продолжал подсказывать, руководя схваткой сверху.
— Внимание на левую руку, Ула! Раз, два! Вспомни приём!
И она механически повторяла, вспоминая прежние уроки. Только один раз успела скользнуть взглядом по верхней части арены, отделённой решёткой. Карвелл приник к прутьям, отслеживая движения двух фигур внизу. Высокая тёмная тень тонкой полосой виднелась рядом, затем внезапно исчезла.
Сил совсем не осталось. Перед глазами Улы поплыли пятна, голова закружилась. Она начала спотыкаться.
— Слабенькая леди Урсула, — поддразнил её Фин. — Лесное чудовище сбежало. Не хочет смотреть, как умирает любимая жёнушка. Наверное, рыдает в комнате своей мамочки. — Он перехватил воздух, лицо побагровело.