— У меня есть свидетель. — Следом Ула подумала, что напрасно выдала Карвелла, но что сказано, то сказано. — Мой наставник был с отрядом. Они нашли перебитую стражу и вашего отца. Нашли вас.
— Один из стражи Бидгар. — Он точно заразился от Урсулы тем ядом, что источали её слова. — Соврёт и не икнёт.
— Карвелл честнейший человек моих земель!
— Ваш бывший любовник⁈ — Язвительная, холодная ярость мужа на время лишила Урсулу дара речи. — Личвард намекал, упоминая это имя. Как обычно, ни слова прямо, но всё же ясно как день! — Дагдар обвинял Улу злым взглядом, полным горечи, словно она обманула его.
— И как часто Личвард говорит вам правду⁈
«Ни слова больше не скажу. Надутый гордец! Глупый, упрямый и самоуверенный! Мерзкое чудовище!»
Теперь и она горела от злости на лорда Скоггарда и не могла придумать подходящего определения. Несколько секунд они безмолвно уничтожали друг друга. В голове Урсулы промелькнула мысль, как же просто они оба вспыхивают и готовы с ненавистью вцепиться друг в друга. Стыдиться, как и прежде, ей было нечего.
Дагдар выдохнул, борясь с эмоциями. Она то легко читала мельчайшие движения его души, то совершенно не понимала, что происходит в голове у этого странного человека. Стоило ему немного приоткрыться, как многое становилось очевидным. Вся холодность и строгость Дагдара были чужды ему. Он постоянно защищался от Урсулы, от Личварда, от всего мира.
— Желаете ли вы, леди Урсула, сопровождать меня в поездках по землям? Старосты и управляющие деревень замучили меня вопросами о вас.
Как ни зла была Ула на мужа, неожиданное предложение вызвало радость, которую она немедленно скрыла.
— Да, пожалуй. — Ула немного потянула время, показывая, что раздумывает, а сама мечтала о поездке в земли Бидгар, которые теперь принадлежали им обоим.
— Нам придётся проводить время вместе. — Он подозрительно покосился на неё. — Играть в мужа и жену перед подданными. Быть рядом в экипаже. Иногда я буду брать вас за руку и оказывать знаки внимания.
— Мне настолько опротивело сидеть взаперти, что вас я как-нибудь перетерплю. Будет трудно. Особенно ваше внимание, но лучше видеть и терпеть вас, чем Фина! — Она взмахнула рукой, точно желая закрыть рот ладонью.
Рядом с Дагдаром она постоянно проговаривалась или бросала слова, которые совершенно необязательно было произносить. Вот и теперь собственная излишняя откровенность испугала Улу.
— Я буду сообщать заранее, когда состоятся поездки. — Словно не заметив её слов и испуга, Дагдар склонил голову.
Когда дверь за мужем закрылась, Урсула застонала, закрыв лицо ладонями.
— Скоггард! Наказание моё!
Уле было о чём подумать. На сегодня прогулок и «досуга», как метко выразился Дагдар, с неё хватит. Жгучий, тёмный взгляд Личварда не сулил ничего хорошего хозяину замка и самой Уле. Со всей очевидностью она поняла: пока жив Дагдар, она как его жена в относительной безопасности.
В голове продолжал звучать голос лорда Скоггарда: «
Дана нашлась в маленькой комнатке для прислуги, в которую вела дверь из купальни.
— Он ушёл? — Служанка говорила шёпотом и бледнела от ужаса.
— Кто? Мой муж?
— Да. Хозяин. Пришёл в комнату. Узнал, что вы ушли с господином Личвардом. Лицо такое жуткое стало. Сел в кресло и сидел. Я думала, ему плохо или он… умер. — Глаза Даны расширились. — Точно не здесь он был. Глаза закрыл и не шевелился.
— Отдыхал. — Ула пожала плечами. — Не думай о лорде. Приготовь воду.
Уже лёжа в горячей воде, она пыталась разобраться во всём, что произошло сегодня. «Побуду леди земель и женой для подданных. На большее пусть и не рассчитывает». Сурово сведя брови, Ула мысленно ставила мужа на место, словно он уже пытался выйти за пределы оговорённого — «подержаться за руку и ухаживания на радость деревенским кумушкам».
«Ты для него враг, Урсула. Ты хуже Аласты, потому что Бидгар. Он ясно дал это понять».
Несколько раз она вздохнула, рассеянно водя губкой по телу. Дана возилась с одеждой, поглядывая на хозяйку любопытствующим взглядом.
Тяжёлые мысли не покидали Урсулу. С Фином нужно быть осторожнее, вовремя останавливать, когда он снова решит показать свою власть над ней, но и не сопротивляться явно. Уле очень не нравилась эта игра. И то, что она чувствовала в присутствии Дагдара, — не нравилось. Когда-то она думала, что любит Карвелла. Уле по сердцу было проводить с ним время, разговаривать и чувствовать себя под его защитой. Но все её переживания стали бледной тенью по сравнению с тем, что она чувствовала рядом с мужем. Она сама не знала, чего хочет от него, но находясь рядом, могла думать только о Даре. Урсуле этого казалось мало, будто ей не хватало самого Дагдара, и с ним, и без него.
После очередного вздоха хозяйки Дана улыбнулась.
— Не станете сердиться, если скажу? — Она присела на краешек ванной.