Век Екатерины полностью

Внучку Александру Павловну выдам замуж за шведского короля Густава Четвертого и тем самым обеспечу нашу безопасность на севере. Заодно поставлю командующим в Финляндии дельного генерала. Ну а Лешу Бобринского я женю на сестре Елизаветы Алексеевны — Фредерике Баденской. Вместе с ней пусть живет в Ольденбурге, в Йевере — это поместье мне принадлежит после смерти брата. Значит, передам сыну. Обеспечу мальчика и его потомство до конца их дней.

Эх, хватило бы только сил на свершение грандиозных планов! Язвы на ногах сильно досаждают. Может, соглашусь с греком Ламбро Качони — принимать ванны из морской воды. Роджерсон выступает против: говорит, что раны обеспечивают регуляцию кровяного давления, если они затянутся, кровь начнет приливать к голове и возможен удар. Ох, не знаю, кому и верить. Почему бы, если раны закроются, мне не делать кровопускания чаще? Тоша того же мнения. Вид замаранных кровью простынь сильно его фраппирует. Но, с другой стороны, если раны закроются, можно не успеть пустить кровь… Я должна дожить хотя бы до нового века. Чтоб уйти с легким сердцем, не волнуясь за страну, сыновей и внуков. Господи, сохрани и помилуй!..

Доложили, что аудиенции ожидает вице-канцлер Безбородко, говоря иначе — министр иностранных дел. Якобы со срочным донесением. Самодержица в ответ покивала благосклонно:

— Пусть войдет.

Александр Андреевич был в расшитом камзоле, парике пепельного цвета. Пухлые его щеки колыхались взволнованно:

— Ваше величество, я с дурной вестью.

— Что такое стряслось, голубчик?

— Шах персидский Ага Мохаммед-хан Каджар объявил ультиматум царю Грузии Ираклию Второму — разорвать Георгиевский трактат с Россией. Царь ответил отказом, ибо считает союз с нами главным в своей политике. И теперь мы узнали, что персидская армия вторглась в Грузию. Грузии на помощь двинулись войска Соломона Второго из Имеретии, но их сил явно недостаточно — перевес у персов более чем в пять раз!

— Ах ты, Господи! Мы ведь тоже не сможем ничем помочь — нам не до войны на Кавказе.

— Ваше величество, есть 13-тысячный Каспийский корпус, хоть и в стадии формирования, но все же.

— Помню, помню. Но 13 тысяч не выстоят. Сколько, говоришь, войск у шаха?

— По докладам, около 35 тысяч.

— Ну, вот видишь. Я ведь говорила, что не надо брать Грузию под свое крыло. Лишние заботы. Даром, что Грузия — одного корня со словом «груз»!

— Так Ираклий сам напросился. Как-никак православный, не хотел ходить под магометанами. Мы сочли лакомым кусочком — благодатный край и солидное влияние на Кавказе.

— Видишь, как оно теперь обернулось.

— Царь взывает о помощи. По Георгиевскому трактату, мы обязаны — и оружием, и войсками…

— Хорошо, оставь у меня все бумаги. Я должна подумать. Что-нибудь еще?

— Австрияки напоминают: ваше величество обещали до конца года рассмотреть вопрос о нашем союзе против Франции.

— Можешь им ответить: я намереваюсь в союз вступить.

Безбородко воскликнул радостно:

— Слава тебе, Господи! Мудрое решение!

— Да, тебе бальзам на душу: ты всегда был сторонник этой дружбы. Словно получаешь от австрияков барашка в бумажке…

— Ваше величество, как можно?!

— Ну, шучу, шучу. А насчет Грузии подумаю. Не держу— ступай.

Александр Андреевич откланялся.