Наконец, появились энциклопедии, призванные собрать, упорядочить и передать новые запасы знаний всем, кто умел читать и думать. Такие труды были написаны в Средние века Исидором, епископом Севильским (ок. 600–636 гг.), и Винсентом из Бове (ок. 1190–1264 гг.). В XVII веке появились «Энциклопедия» Иоганна Генриха Альстеда (1630) и «Большой исторический словарь» Луи Морери (1674). Исторический и критический словарь Бейля (1697) был скорее собранием тревожных фактов и наводящих на размышления теорий, чем энциклопедией, но он оказал большее влияние на умы образованной Европы, чем любая подобная работа до Дидро. В Лондоне в 1728 году Эфраим Чемберс опубликовал в двух томах «Циклопедию, или Универсальный словарь искусств и наук»; в ней не было истории, биографии и географии, но благодаря системе перекрестных ссылок и другим способам она дала начало эпохальной «Энциклопедии» (1751 f.) Дидро и д'Алембера. В 1771 году вышло в трех томах первое издание Британской энциклопедии, или Словаря искусств и наук, «составленное обществом джентльменов в Шотландии и напечатанное в Эдинбурге». Второе издание (1778) насчитывало десять томов и превзошло своих предшественников, включив в себя историю и биографию. Так она росла, от издания к изданию, на протяжении двухсот лет. Сколько из нас по десять раз на дню собирали урожай и черпали из этой сокровищницы!
К 1789 году средние классы Западной Европы были так же хорошо информированы, как аристократия и духовенство. Печать пробила себе дорогу. В этом, в конце концов, и заключалась основная революция.
Классическая наука переживала скромный спад после своего расцвета при Скалигерах, Казобоне, Салмасиусе и Бентли, но Николя Фрере поддерживал их традиции научной преданности и далеко идущих результатов. Принятый в Королевскую академию надписей и изящной словесности в возрасте двадцати шести лет, он в том же году (1714) прочитал в ней доклад «Происхождение франков», который разрушал гордую легенду о том, что франки были «свободными» людьми, пришедшими из Греции или Трои; скорее, они были южногерманскими варварами. Аббат Верто донес на Фрере правительству как на клеветника монархии; молодого ученого отправили на короткое время в Бастилию, после чего он ограничил свои исследования другими землями, кроме Франции. Он составил 1375 карт, иллюстрирующих древнюю географию. Он собрал интереснейшие сведения по истории классической науки и искусства, а также о происхождении греческой мифологии. Его восемь томов по древней хронологии исправили эпохальную работу Джозефа Юстуса Скалигера и установили китайскую хронологию в соответствии с принятыми сегодня принципами; это был один из тысячи научных уколов, пробивших библейскую концепцию истории.
Аналогичный удар был нанесен по классическим басням, когда Пуйи прочитал в той же Академии (1722) доклад, ставящий под сомнение изложение Ливием ранней римской истории. Лоренцо Валла высказал подобные сомнения по этому поводу около 1440 года; Вико развил их в 1721 году; но широкое исследование Пуйи окончательно дискредитировало как легенды рассказы о Ромуле и Реме, о Горациях и Куриациях; путь был открыт для работы Бартольда Нибура в девятнадцатом веке. К восемнадцатому веку, не совсем вписывающемуся во временные рамки этой главы, относятся «Prolegomena ad Homerum» (1795), в которой Фридрих Вольф расчленил Гомера на целую школу и династию певцов; тщательные издания Эсхила и Еврипида Ричарда Порсона; «Doctrina Numorum veterum» (1792–98) Йозефа Эккеля, основавшего науку нумизматику.
Только после открытия Геркуланума мир классической науки вновь ощутил экстаз такого откровения, которое пришло через гуманистов эпохи Возрождения. В 1738 году рабочие, готовившие фундамент охотничьего домика для короля Неаполя Карла IV, случайно раскопали руины Геркуланума; в 1748 году при первом осмотре были обнаружены некоторые из удивительных сооружений Помпеи, также погребенной извержением Везувия в 79 году н. э.; а в 1752 году из джунглей темных веков были извлечены величественные храмы, построенные греческими колонистами в Паэстуме. Мастер-гравер Пиранези описал раскопанные храмы, дворцы и статуи Помпеи в гравюрах, отпечатки которых охотно покупали во всех уголках Европы. Результатом этих открытий стало горячее возрождение интереса к античному искусству, мощный толчок к развитию неоклассического движения, возглавляемого Винкельманом, и огромное пополнение современных знаний о древних путях.
