И ещё он не понаслышке знал, что денег на полноценную разработку и развёртывание “терминальных технологий” в сегодняшнем мире катастрофически не хватает. Ни одна из политических или общественных сил, связанных по рукам и ногам взаимоисключающими обязательствами, приводными ремнями кризисов и угрозами войн, до сих пор так и не сумела в полной мере обеспечить финансирование и принять на себя ответственность за переход человечества в новое состояние.
А поскольку при всей своей практичности Геннадий Геннадьевич всё-таки продолжал оставаться человеком, способным мечтать, то в глубине души он рассматривал сокровища, припрятанные последним русским царём, как единственный из доступных в сегодняшнем мире финансовых ресурсов, способных оплатить переход в эту новую реальность. Наверное, не такими уж глупцами были в изобилии водившиеся на его земле всевозможные юродивые и предсказатели, в один голос сообщавшие о некоей особенной роли России на заключительном этапе истории. Ведь если допустить, что формирование пресловутой “бриллиантовой тысячи” начнётся не где-нибудь в Америке, а именно у нас, а первый камень в основание нового мира заложит он сам, то и дикая русская история тогда получит оправдание - отчего бы и нет? Государство ныне форсирует патриотизм, а перехватить у Запада инициативу в подобном ключевом вопросе - чем не награда для лучших из россиян?
К чести Геннадия Геннадьевича, все эти сокровенные мысли он носил глубоко внутри себя, а в повседневной работе руководствовался, конечно же, здравым расчётом, объективными данными и оперативными донесениями.
Ну а последние были таковы, что каждый рабочий день, начинавшийся и заканчивавшийся просмотром свежих данных по “царской” теме, шаг за шагом приближал финансового министра-следопыта к разгадке одной из наиболее великих и волнующих тайн современности.
Кропотливая работа по восстановлению текста, оставленного Рейханом, породила у Алексея одновременно чувство радости от открывшейся ясности и досады из-за отсутствия заветных кодовых слов, необходимых для доступа к главной кладовой. Как историк, Алексей мог считать свою миссию завершённой, а вот как человек, продолжающий выполнять когда-то взваленное на себя бремя долга,- однозначно нет.
Единственной зацепкой оставалось упоминание Рейханом его невесты и, как выснилось, двоюродной сестры, в московскую квартиру которой он сумел дозвониться из оккупированного гитлеровцами Ржева. По мнению Раковского, человек, являвшийся его дядей и её отцом, оставался единственным выжившим в годы гражданской войны, кому Второв мог доверить ключи от наиболее ценной части царского сокровища. Однако из записанной Рейханом реплики Берии следовало, что Кубенского-Дмитриева к сорок первому году уже не было в живых. Логично предположить, что чувствуя ответственность за сохраняемую им тайну, Кубенской должен был передать ключи дочери, однако сделал ли он это? Не всякий отец готов вооружить своего ребёнка подобным смертельно опасным знанием, поэтому он мог как отказаться от такого шага вообще, так и сохранить пароль столь скрытно, что его едва можно было разыскать и расшифровать семьдесят лет назад, не говоря уж про нынешнее время…
Рассуждая об этом, Алексей подметил интересную деталь: он употреблял в своих размышлениях термин “нынешнее время” столь же свободно и спокойно, как и когда говорил о “времени моём”. При этом совмещение в пределах одной молодой жизни и единого сознания двух совершено различных эпох не было чем-то необычным и экстраординарным. Первоначальный шок от столкновения с современностью давно миновал, и теперь он видел, сколь сильно и едва ли не повсеместно она связана с его довоенным прошлым.
Это неожиданное открытие, которое нуждалось в тщательном исследовании и описании, по мысли Алексея могло бы очень пригодиться историкам и философам. Так, с его помощью, опираясь на опыт и некоторые психологические практики, современные исследователи могли бы тоже научаться совмещать внутри себя различные эпохи, что способствовало бы переходу науки в новое качество. Обо всём этом следовало написать серьёзную научную статью, и когда-нибудь он этим займётся. Но случится это лишь после того, как в своих затянувшихся поисках он наконец поставит точку!