– Погоди, – Александр удержал Джо, – не стоит торопиться. Ты видел, что с девушками все в порядке. Мы их выручим, обещаю. Ты хотел услышать правду об отце… – по словам Александра, оказавшегося русским, его отец тоже был разведчиком:
– Он погиб, – сказал юноша, – но я его хорошо помню. Он рассказывал мне о Поэте, то есть графе Дате Наримуне. Папа был коммунистом, твой отец не принадлежал к партии, но это не мешало им дружить. Они познакомились в Европе, где мой папа работал до войны… – Александр был круглым сиротой:
– Его мать тоже погибла, – Джо распрямился, – а я долго думал, что моя мама умерла. И Хана тоже круглая сирота… – Александр не скрывал, что оказался в Конго с заданием спасти Лумумбу:
– Он не коммунист, – задумчиво заметил юноша, – но Советский Союз не мог оставить главу законного правительства, лидера независимой страны на растерзание колониальным хищникам, вроде американцев. Лумумба хотел, чтобы Конго само пользовалось своими богатствами, а не прислуживало западным странам. Время эксплуатации человека человеком прошло, Джо. Неужели ты не хочешь работать рядом с негритянскими инженерами? Ты говорил, что среди шахтеров попадаются очень толковые ребята… – он положил руку на плечо Джо:
– Когда твой предок приехал учиться в Европу, на него показывали пальцами. Никто не верил, что азиаты, желтая раса, как их называли, способны закончить университет. Британии и Америке в то время было наплевать на вашу культуру, вашу историю… – дедушка Джованни рассказывал Джо о его предках:
– Александр прав, – понял юноша, – когда бабушка Эми обосновалась в Англии, все удивлялись, что она умеет читать и писать, что она получила образование. Зачем далеко ходить, европейцы еще смотрят на японцев свысока… – Александр добавил:
– В Советском Союзе нет дискриминации. Любой юноша, любая девушка, может стать инженером, врачом, ученым. Для нас неважна раса, это пережитки колониального прошлого, наследие капитализма. Подумай, что и сейчас в Америке негры отделены от белых… – покойный дядя Меир усмехался:
– Бабушка Бет ездила в вагонах для цветных, а ее брак с дедушкой Джошуа был незаконен почти во всех штатах и остается таким. Ваша тетя Дебора выросла в резервации. Если бы не война, она никогда бы не смогла работать на армию. Да и в начале войны никто не верил, что коренные американцы вообще обладают университетскими дипломами… – Джо отряхнул руки:
– Здесь нет ни одного белого трупа, только негры. Зачем Шуман устроил бойню? Впрочем, чего еще ожидать от нациста… – он был уверен, что на холме орудовал именно отряд Доктора. У Джо похолодели пальцы:
– Шуман подвизался в госпитале Аушвица, где погиб профессор Кардозо. Шуман может знать, что Маргарита наполовину еврейка. Для нее смерти подобно оставаться в руках беглого преступника, эсэсовца. Но мы не видели, куда отправился отряд, где их теперь искать… – пепел засыпал колеи, оставленные грузовиками. Джо услышал осторожные шаги сзади:
– Он всегда ходит аккуратно. Я не ошибся, он действительно разведчик, только не французский… – Джо сейчас было наплевать на все разведки, вместе взятые, на Даллеса или Службу Внешней Документации:
– Мы обязаны спасти Маргариту и Клэр. Виллема скорее всего отпустили, он на пути сюда. Но что мы сделаем вдвоем против банды негодяев… – светлые волосы Александра испачкал пепел, серые глаза немного запали:
– Ребята все проверили, – вздохнул он, – здесь только мужчины, африканцы. Шуман тоже колониальный мерзавец… – юноша дернул щекой, – он отделил негров от белых… Конечно, есть еще останки на пожарище… – Джо не хотел думать о таком:
– Я верю, что Маргарита жива. Но всем наплевать на Шумана, никто нам не поможет, даже Даллес. Я не могу позвонить тете Марте или дяде Эмилю, хотя они бы немедленно прилетели сюда. Но нельзя возвращаться в Элизабетвилль, нельзя рисковать жизнью Маргариты. Промедление смерти подобно… – словно услышав его, Александр заметил:
– Не волнуйся. Взойдет солнце, и мы поймем, куда двигаться дальше. Мы не оставим тебя, Джо, мы не дадим нацисту избегнуть наказания. Мы тебе поможем… – у Джо запершило в горле, он сглотнул:
– Поможете… – Александр отозвался:
– Да. Но ты тоже должен нам помочь… – Джо вытер рукавом пиджака слезы со щек:
– Что бы он ни предложил, я на все соглашусь. Я не имею права подвергать опасности жизнь Маргариты. Папа бы поступил именно так… – он кивнул: «Да. Я готов».
Попытавшись пошевелиться, Маргарита застонала.
Затылок разламывало тупой болью, перед глазами плавали радужные круги. Она с шумом втянула воздух пересохшими губами. Девушка плохо помнила случившееся:
– Мясник наставил на меня пистолет. Он пришел за нами, но заметил, что у Клэр кровоточат слизистые, что она в жару. Она заразилась лихорадкой от Мбваны. Мясник хотел ее застрелить, но я не могла такого позволить… – девушка почувствовала резкий спазм в правом боку:
– У меня сломано ребро… – приоткрыв глаза, она увидела исцарапанные руки, – я должна была защитить Клэр, я бросилась на мясника со шпателем… – на пальцах девушки засохла кровь:
