– То есть вы озабочены гражданской войной и тратой немногих оставшихся у сепаратного правительства денег на золотые хронометры швейцарского производства… – одернув рукав костюма, следователь покраснел. Маргарита надеялась, что в Леопольдвиле к ней прислушаются:
– Там может работать телефонная связь с Европой… – она присела на скамейку рядом с кузеном, – я позвоню тете Марте и все ей расскажу. Но о помолвке, то есть бывшей помолвке, я упоминать не собираюсь… – от Виллема явственно пахло спиртным. Маргарита ласково, как в детстве, взъерошила его светлые волосы:
– Отдохни, милый, – тихо сказала она, – ты в отпуске, не возвращайся пока на шахты… – Виллем что-то пробормотал, она уловила слово «дела», – именно, займись делами. Я послезавтра улетаю, мне еще надо достать лед… – Маргарита осеклась. Серые глаза кузена упорно смотрели на могилу. Маргарита осторожно привлекла его к себе:
– Не обижайся, милый… – шепнула она, – я не могла иначе, я врач. Новый штамм лихорадки опаснее предыдущих. Мне надо во всем разобраться в нашей лаборатории. Прости, что я не попросила у тебя разрешения на… – Виллем закусил губу. Маргарита видела, что кузен борется со слезами. Он то ли закашлялся, то ли залаял, девушка быстро протянула ему платок. Высморкавшись, кузен помотал головой:
– Я все понимаю. Клэр была медсестрой, она бы тоже поняла… – он положил голову на мягкое, уютное плечо кузины:
– Я буду писать, – пообещал Виллем, – обязательно… – он посчитал, что Маргарите о его плане знать не нужно:
– Она начнет меня отговаривать, но я не могу иначе, я должен попытаться искупить вину… – барон повторил:
– Буду писать, когда смогу. Посиди со мной, Маргарита… – девушка взяла его за руку:
– Что ты, милый. Я здесь, я рядом. Не бойся, Виллем… – закрыв глаза, он сказал себе: «Не буду. Теперь не буду».
Засаленные карты хлопнули по шаткому столу. Скорпион рассмеялся:
– Как говорится, кому не везет в картах, тому повезет в чем-то еще…
Подмигнув Джо, он подвинул ближе захватанную жирными пальцами бутылку виски. Янтарная жидкость полилась в стакан. Рассохшийся вентилятор, медленно крутящийся под потолком дешевого номера, в захолустном пансионе на окраине бидонвиля, не справлялся с липкой жарой. У распахнутого на улицу окна низко гудели мухи. В звездной ночи слышалась назойливая музыка, из репродуктора, рядом со входом в гостиницу. Пахло пряностями, на обочине шипел костерок продавца сосисок.
По вечерам бидонвиль оживал, на улицы высыпали парни и девчонки. Звенели старые велосипеды, гудели разбитые мотороллеры. Ребята, торча стайками на углах, заигрывали с девичьими компаниями. Напротив пансиона висел тусклый, но, на удивление для бидонвиля, целый уличный фонарь:
– Я все увижу, – понял Скорпион, – Франсуа высадит Странницу именно здесь. Я дам знак, что можно подниматься в комнату… – как и ожидал Саша, девушка, деловито кивнув, не поинтересовалась, получил ли руководитель группы разрешение на дополнительный этап операции. Связываясь с Центром, Саша решил ничего не говорить о Страннице:
– Учитывая, что здесь болтается Даллес, не след сидеть в эфире дольше положенного… – рацию для месье Вербье, журналиста, замаскировали под пишущую машинку. Для сеанса связи Скорпион уехал подальше от города:
– Пока меня не было, Дракон убрался… – Саша оглядел комнатку, – он чистоплотный, как все японцы. Он даже сменил постельное белье… – с улицы в номер полз дымок жарящегося мяса, но Скорпиону показалось, что на него веет прохладой речной воды, свежим запахом тростника:
– Словно в дельте Волги, – тоскливо подумал он, – когда Михаил Иванович брал меня на рыбалку. Но, судя во всему, дома я окажусь еще не скоро… – приняв сообщение о гибели Лумумбы и вербовке Дракона, Москва велела ему возвращаться в Западный Берлин:
– На мою базу, что называется, – вздохнул Саша, – операция с Невестой еще не закончена. Клянусь, я ее лично расстреляю… – Пиявка, как он про себя называл леди Августу, отчаянно ему надоела:
– Надо держать ее при себе, – вспомнил Саша, – Стэнли может в любой момент покинуть Лондон… – он понятия не имел, кого в Москве называли Стэнли:
– Ясно, что он работает на Набережной, он коллега этого М… – Саша возлагал большие надежды на разговоры Странницы и ее подопечного:
– Я ей объяснил, что она не станет куратором Дракона, но пока он в городе, она должна держать уши открытыми… – девушка с готовностью согласилась:
– Я все сделаю, как надо. Но что касается записи… – на смуглых щеках заполыхал румянец. Саша успокоил ее:
– Я все отредактирую. Москве нужны только конкретные сведения… – мощный диктофон Скорпион аккуратно уложил в щелястый ящик стола. Вещицу замаскировали под невинную коробку для сигар. Под фальшивой крышкой, исправно вращались катушки:
– С Драконом я болтаю о всякой ерунде, чтобы его не тревожить… – Саша взял сигару, – видно, что парень еще переживает. Кажется, он действительно любил эту Маргариту… – от куратора Саша получил распоряжение пока не трогать барона Виллема или его кузину:
