Работая мечом, Вильгельм пробивался к Генриху. Молодой человек потерял шлем и нижнюю мягкую шапочку, каштановые волосы торчали в разные стороны, часть прядей прилипла к раскрасневшемуся лицу. Его рука поднималась и опускалась, Генрих сжимал зубы, уверенно продолжая схватку. Он не позволит взять себя в плен во время такого важного турнира, когда на него смотрит столько людей. Однако бургундцы очень не хотели отпускать свой приз. Генрих не мог управлять конем, а поэтому становился беспомощным в их руках. Вильгельм протянул руку, ухватился за ремешок, проходивший по лбу боевого коня Генриха, и потянул. Жеребец начал сопротивляться и потом резко дернулся. Бургундцы набросились на Вильгельма, но он упорно держался, и ему помогал Ансель, который галопом прискакал справа. Вильгельму удалось сорвать узду с головы коня, и противникам теперь стало не за что держаться. Генриху тоже было не за что держаться, разве только за гриву, но этого оказалось достаточно, и он смог ударами пяток вывести боевого коня из схватки.
– Осторожно! – заорал Ансель и показал на группу фламандских рыцарей, которые увидели, в каком трудном положении оказался Генрих, и скакали к нему, чтобы этим воспользоваться.
Ругаясь, Вильгельм наклонился, схватил упавшее копье и бросился в атаку на перехват их предводителя. Он еще плотнее сжал бока Византина, направил копье в шит рыцаря и почувствовал, как у него от удара содрогнулась рука. Византина словно отбросило назад, и он слегка присел на задние ноги, хотя это был очень крепкий конь. Древко копья из ясеня сломалось, щепки полетели во все стороны. Вильгельм понял, что сжимает в руках обрубок. На мгновение он испытал ужас и подумал, что Византти сейчас упадет, но боевой конь с невероятными усилиями выпрямился. Вильгельм выхватил меч, надеясь, что обеспечил Генриху достаточно времени для побега в одну из безопасных точек. Вильгельм мог только отражать уверенные удары противника. Только так можно было не попасть в плен самому. Он с огромным облегчением услышал голос Гарри Норрейса и боевой клич Маршала. Норрейс собирал его отряд. Каким-то чудом Вильгельм нашел в себе силы выкрикнуть ответ. Ансель отразил удар, который пришелся бы в бок Вильгельму. Появился Болдвин де Бетюн в разорванной и грязной накидке. Вильгельм утроил усилия, и его противник предпочел отступить, но не попасть в плен и не платить выкуп. Когда противники отступили, Вильгельм склонился над лукой седла, хватая ртом воздух. Глаза у него щипало от пота, но он изучал ситуацию на поле сквозь прорези шлема и в ярости увидел сливающиеся перед глазами красные и золотистые цвета в одном из мест отдыха.
Он пришпорил Византина и понесся к ним. Прискакав к заграждению, он снял шлем и бросил королевскому оруженосцу.
– Очень мило с вашей стороны, господа, что вы снова присоединились к нам, – рявкнул он группе нормандских рыцарей, среди которых находились Икебеф и де Куланс. – Где вы были, когда вашего господина чуть не взяли в плен, чтобы потребовать за него выкуп? В банде крестьянских ублюдков и то больше дисциплины!
Икебеф широкими шагами подошел к боевому коню Вильгельма с потемневшим от гнева лицом.
Насколько нам известно, именно ты и твоя банда английских болванов следовала по пятам за нашим господином. Мы не виноваты, что вы не справились.
Вильгельм спрыгнул с седла и схватил Икебефа за горло.
– Ты смеешь так со мной разговаривать, когда твоего ума и способностей не хватит даже для свинопаса!
Икебеф высвободился и оттолкнул Вильгельма, глаза у Адама горели.
– Ты относишься к нашему господину как к младенцу, которому все еще нужна кормилица, хотя на самом деле он опытный боец. Мы, по крайней мере, получили выкуп для сундуков нашего господина. А тебя только волнует, как еще больше самому прославиться. «Маршал! Маршал! Господь с Маршалом!» Ха! – Икебеф сплюнул под ноги Вильгельма и повернулся к Генриху, который напряженно следил за перепалкой. – Мы поступили неправильно, сир?
Генрих нахмурился.
– Нет, – заявил он. – Все произошло в пылу битвы и, как вы сказали, Адам, вы получили кое-какой выкуп, что полезно. Я ценю вас обоих, и я не позволю, чтобы вы позорили меня пубичными ссорами. Это оскорбительно для меня. Забудьте об этом. Впереди еще половина дня, и я хочу получить приз. Пожмите друг другу руки и забудьте о своих разногласиях.
Вильгельм проглотил свою злость. Вино у него в животе превратилось из пламени в пепел. Он был в ярости, но больше всего злился на самого себя. Он позволил Икебефу нанести удар ему под броню, а именно этого и добивался его соперник. Сжав зубы, Вильгельм протянул руку. Хорошо хоть Генрих не попросил их извиниться друг перед другом, только забыть о разногласиях. Икебеф с кислой миной пожал Вильгельму руку, причем сдавил пальцы гораздо сильнее, чем требовалось.
Удовлетворенный Генрих кивнул с напряженным видом и громко заговорил:
– Все, кому требуется свежий конь или новое оружие, немедленно этим займитесь. Мы скоро выезжаем!
