– Сами «музыканты» описали в Сети, наемники. Он после выполнения задания приехал на сирийский блокпост на позициях. А напротив – другой блокпост, его днем игиловцы захватили. И одного пленного солдата-сирийца они начали прямо на глазах у «садыков» пытать – ножами его кромсали, а он орал… Они так ужас в «садыков» вселяют. Эти, как их Гектор Игоревич зовет, «наши маленькие друзья», чтобы криков не слышать, музыку врубили громкую. Представляете себе картину? Военный сюр. Закрылись внутри блокпоста, вроде как телевизор смотрят… Никто не вызвался пойти и спасти несчастного. Так наш Троянец приехал – глянул, забрал автомат и гранаты и пошел на блокпост один. Он всех чернобородов там положил, а раненого солдата на себе приволок. Спас… Он и меня здесь фактически спасает от позора профессионального, что я такой неумеха в оперативном плане… Он и вас, Катя, если потребуется, спасет, жизнью рискнет. А вы его… Эх вы… Женщины!
Арсений Блистанов горько махнул рукой, осуждая.
– Арсений, но вы ведь Гека знаете не только по легендам даркнета, – заметила Катя.
– Мы познакомились пять лет назад, когда мать моя начальница в него втюрилась на склоне лет. – Полосатик-Блистанов философски глянул на Катю. – Не хотел вам говорить, но… скажу! Чтоб и это вы знали тоже. Мать его на каком-то сводном совещании встретила, он тогда еще в ФСБ служил в 66-м отделе. Потом, как в даркнете писали, он из того гадюшника ушел, громко хлопнув дверью. Замначальника отдела он из окна выкинул – повезло тому, что был второй этаж. Скандал замяли, всех выгнали, отдел вообще ликвидировали. Другой бы под трибунал за такие дела угодил, а Гектора Игоревича вон куда консультантом взяли, потому что таких, как он, с орденами и с боевым опытом, днем с огнем не найдешь. И правда в той разборке наверняка на его стороне была.
– Правда на его стороне, Арсений. Поверьте мне. – Катя кивнула и подумала: значит, Гек все же нашел мерзавца, который продал его медицинские документы бешеной староказарменской волчице прокурору Кларе Кабановой[10]. Нашел и рассчитался с ним.
– Мать моя начальница увидела его на совещании и сон и покой потеряла. По магазинам побежала на шопинг за нарядами, парикмахершу каждый день стала в кабинет вызывать – укладку делать. Она его на десять лет старше. У нее после отца моего фактически никого и не было – она работала, карьеру строила, со мной возилась, воспитывала. А тут такой русский Джерард Батлер, полковник… Она сначала находила предлоги для встречи по работе, потом меня к нему подослала с айтишными вопросами. Мы познакомились, и он мне так сразу понравился! – Блистанов вздохнул. – Я отца любил, несмотря на все его героиновые закидоны… А Гектор Игоревич совсем другой… герой. Я подумал: а вдруг сладится у них с матерью, будет у меня такой… ну, не отец, он по возрасту не подходит, но друг старший… Только ничего не вышло. Он мать раза три в театр пригласил чинно-благородно… А потом оказалось, у него еще шесть герлс – они ему мобилу разрывали, звонили с утра до ночи… Ветреный! Мать ревела по ночам, ревновала, злилась. А он других в то время по театрам водил. Девицы на него гроздьями вешались. А телефон матери он просто заблокировал, чтобы не надоедала ему больше.
Катя молчала. Полосатик-Блистанов, знавший о Геке так много, не ведал о нем самого главного. К счастью… Или к несчастью… Да и мать его генеральша ничего не поняла.
– Конечно, куда матери моей начальнице… У Гектора Игоревича вон какие идеалы в жизни. – Полосатик глянул на Катю, словно оценивал ее. – Вы красавица, и вы умны. Стиль у вас, интеллект… И потом я заметил – вы оба друг другу подходите невероятно. Хотя вы совсем разные. Вы на него влияете – он словно на крыльях летает!
– Арсений, не пора нам у экспертов поинтересоваться, как дела с эксгумацией?
– Не пора. Сами признаки жизни подадут, – отрезал Блистанов (он еще не закончил свой вдохновенный спич). – Короче, знайте – с матерью моей начальницей у него ничего не было. Со мной он иногда потом общался, воспитывал меня, помогал. Затем уехал снова в Тибет. Маг Цзал – воинская ветвь… Искусство боя со многими противниками сразу.
– Он мне говорил, и я видела в реальности, что это такое.
– В Сети про Маг Цзал пишут, что монахи иностранцев крайне редко берут в ученики. Это незнамо кем надо быть, чтобы они согласились иностранца учить единоборствам. А Гектора Игоревича они сразу в монастырь взяли.
И снова Катя подумала, что, к счастью, Блистанов, ходячая энциклопедия даркнета, не знает причины, по которой тибетские монахи приняли в свой горный монастырь, оплот аскезы и отказа от всех земных плотских удовольствий, именно Гека… В монастыре ведь скрыть ничего не возможно – монахи и ученики-воины спят все вместе в зале на циновках на каменном полу и совместно моются в бане…
Вошел знакомый Кате эксперт-криминалист в защитном костюме, а за ним невзрачный желчный мужчина в очках – тоже в защитном костюме, но другого фасона.
