— За ваше здоровье, полководец! За ваши успехи! За мир и дружбу между нашими народами! — Он поднял рюмку и выпил стоя. Максаржав тоже выпил стоя и поставил рюмку на стол.
— Кто же тот человек, что взял власть вместо царя? Я забыл его имя.
— Не вместо царя. Это избранный волей народа руководитель нашей партии Владимир Ильич Ленин.
— Да, Ленин. Очень ученый человек, говорят, и много языков знает.
— От кого же вы это слышали?
Максаржав хотел было сказать: «От Сухэ-Батора, от других товарищей», но промолчал.
— Я хочу, чтобы вы знали, — сказал русский командир, — что наша цель — не разбой на чужой земле, не насильственное вторжение. Наши части пришли сюда, преследуя белых. Завтра же мы возвращаемся к себе.
Максаржав сидел молча, и русский командир, словно угадав его мысли, сказал:
— Вы сами убедитесь в том, что мы не желаем вам зла. Мы не крадем, не грабим. Кушайте, пожалуйста.
— Спасибо.
Потом русский командир повел гостей к большой пушке, возле орудия стоял расчет: командир и несколько солдат.
— Это пушка крупного калибра.
«Вот бы нам несколько таких, — подумал Максаржав. — Если русские и китайцы будут нападать на нас с двух сторон, как же сможет одолеть их наша армия, вооруженная берданками? Но кажется, у этих красных и в самом деле добрые намерения... Неужели для нас, монголов, настанут наконец спокойные дни?»
А русский командир рассказывал об истории артиллерии, о калибрах пушек.
— Теперь мы вам покажем, как это орудие стреляет. Видите мишень возле той горы?
— Видим. Очень далеко.
Он подал знак, и земля содрогнулась от грохота. Вслед за выстрелом заиграла труба, красноармейцы помчались к дому, и через минуту младший командир, отдав честь, доложил:
— Все в сборе!
Начальник заставы отвел Максаржава в сторонку и, убедившись, что их никто не слышит, сказал:
— Мы оставим здесь группу красноармейцев. Если понадобится наша помощь, дайте только знать. А сейчас не скажете ли вы несколько слов нашим бойцам?
Когда они вошли в дом, оказалось, что он полон людей. Как только вошел Максаржав с начальником заставы, красноармейцы встали и долго аплодировали, приветствуя их громкими возгласами.
— Товарищи! — обратился к бойцам русский командир. — Прославленный монгольский полководец, министр Западного края Хатан-Батор Максаржав прибыл со своим отрядом по нашему приглашению. Он оказывает нам большую помощь в разгроме белых. Мы приветствуем командующего Максаржава. — Снова загремели аплодисменты. — Предлагается избрать президиум собрания, — сказал командир.
Из зала выкрикнули какие-то имена, все проголосовали, и четверо выбранных в президиум заняли свои места. Командир рассказал о задачах Красной Армии, о том, как отважно сражаются и помогают ей монгольские цирики. Потом поднялся Максаржав, красноармейцы закричали «ура» и захлопали.
— Уважаемые командиры и бойцы Красной Армии, вы начинаете великое новое дело, которое должно послужить на благо мира и счастья народа. Мы уважаем вас. Пусть исполнятся девять ваших желаний, все, что вы задумали! — произнес он традиционное благопожелание, и, когда переводчик перевел его слова, снова раздался гром аплодисментов. — Если у вас нет намерения посягнуть на чужую территорию и вы защищаете бедняков, то вы поистине добродетельные люди. Пусть живет и здравствует руководитель вашего государства, великий и мудрый учитель! Да будет счастлив и долог ваш золотой путь! Да будут прославлены ваше знамя и герб! — И он преподнес в дар русским воинам красную ткань. Едва переводчик закончил говорить, с новой силой загремело «ура».
— Много хлопать в ладоши — руки заболят, — проворчал Дорж и вышел.
Собрание закончилось. Остановившись в дверях дома, командир указал на повозку с железными колесами и качающимся сиденьем, в которую были запряжены породистые белые кони с забинтованными бабками, в красивой сбруе, с кисточками на лбу и на шее, и сказал:
— Мы дарим эту повозку вам, кроме того — двадцать винтовок и патроны к ним.
«Если бы они были нашими врагами, то не подарили бы оружие», — подумал Максаржав.
— Мы очень благодарны.
— В любое время мы готовы прийти к вам на помощь, — сказал русский командир. Он проводил гостей до выхода из ущелья, все спешились, и русский командир, на прощанье, поднес гостям архи и мясо.
— Уважаемый командир, желаю вам крепкого здоровья и поднимаю за вас этот кубок, — сказал Максаржав. Потом они сели на коней и разъехались.
«Безусловно, дело красной партии справедливо, если она защищает интересы бедняков», — думал по дороге Максаржав. Они проехали довольно много, как вдруг Хатан-Батор остановился.
— Надо хорошенько разглядеть этого коня, — сказал он и спешился. — Как же ухаживать за таким красавцем?
— Наверное, он один овес ест, — отозвался Ядам.
— Надо бы спросить у русских... — произнес Максаржав и, взяв одну из винтовок, заглянул в дуло. Оно было чистое.
— А почему они приставляли к фуражке руку, приветствуя нас? — спросил Дорж.
— Такой у них обычай.
Так в 1919 году начался боевой союз Красной Армии и монгольских войск.
