Следует особо подчеркнуть, что всплеск патриотизма выражался не только в манифестациях, шествиях и немецких погромах (для этого не обязательно быть патриотом), но, главное, в готовности к самопожертвованию. Достаточно напомнить, что первая из девятнадцати мобилизаций военного времени не просто прошла успешно, быстро и планомерно (явка призывников была почти стопроцентной), но и породила мощное добровольческое движение, охватившее часть молодежи, имевшей отсрочку от призыва в армию. Записывались в армию даже рабочие, имевшие бронь на оборонных заводах, студенты, интеллигенция. Добровольно ушли в армию писатели А. И. Куприн, В. В. Вересаев, поэты С. А. Есенин, Н. С. Гумилев и другие, мальчишкой сбежал на фронт и В. В. Вишневский. Даже находившиеся в ссылке революционеры подавали прошение местным властям о желании вступить в ряды действующей армии. Так поступил будущий крупный советский военачальник, отбывавший ссылку на о. Сахалин. «Вся нация, жители больших и малых городов, – вспоминал А. Ф. Керенский, – как и в сельской местности, инстинктивно почувствовали, что война с Германией на многие годы вперед определит политическую судьбу России. Доказательством тому было отношение людей к мобилизации. Учитывая огромные просторы страны, ее результаты произвели внушительное впечатление: лишь 4 процента военнообязанных не прибыли в срок к месту приписки. Другим доказательством явилось неожиданное изменение в умонастроениях промышленного пролетариата. К удивлению и возмущению марксистов и других книжных социалистов, русский рабочий, так же как французский и германский, проявил себя в той же степени патриотом, как и его “классовый враг”».[85]
Тогда же началось и женское добровольческое движение. Молодые женщины из разных концов страны стремились оказаться на фронте. Яркий пример тому – история сибирской крестьянки М. Л. Бочкаревой. Как она впоследствии вспоминала, «мое сердце стремилось туда – в кипящий котел, принять крещение в огне, закалиться в лаве. Дух жертвоприношения вселился в меня. Моя страна звала меня».[86] Прибыв на сборный пункт, Бочкарева обратилась с просьбой зачислить ее вольноопределяющимся, но получила отказ, так как женщин в армию не брали. Тогда она послала телеграмму (поскольку не умела писать) Николаю II и вскоре получила высочайшее разрешение. Как известно, эта храбрая женщина прошла всю войну, была четыре раза ранена, стала полным Георгиевским кавалером и дослужилась до чина поручика. А в 1917 г. стала организатором женских ударных батальонов.
Вятская крестьянка А. Т. Пальшина повторила подвиг героини Отечественной войны 1812 г. Н. А. Дуровой: с 1914 г. храбро воевала под видом мужчины, стала Георгиевским кавалером и дослужилась до чина младшего унтер-офицера. И только после очередного серьезного ранения покинула действующую армию летом 1917 г.
Императрица Александра Федоровна и ее четыре дочери работали медицинскими сестрами в Царскосельском госпитале. Великая княжна Ольга Александровна также стала сестрой милосердия. Их патриотическому примеру последовали другие представительницы аристократии.
В первые дни войны был образован Всероссийский союз помощи раненым во главе с князем Г. Е. Львовым, затем Всероссийский городской союз во главе с московским городским головой М. В. Челноковым. Позже, в июле 1915 г., эти союзы слились в Союз земств и городов (Земгор), председателем которого стал Г. Е. Львов. Другой известный политический и общественный деятель – лидер партии октябристов А. И. Гучков – в качестве особо уполномоченного Российского общества Красного Креста (РОКК) занимался организацией в действующей армии полевых госпиталей. В короткий срок развернулась деятельность добровольного Общества помощи жертвам войны, Союза Георгиевских кавалеров и ряда других общественных организаций. Возникли также Комитет по оказанию помощи семьям лиц, призванных на войну, Комитет «Книга – солдату», Московский комитет по снабжению табаком воинов передовых позиций и другие. Благотворительные мероприятия проводили работники почты, телеграфа, пожарные, художники, артисты и другие.
Надо сказать, что российская творческая интеллигенция всегда почитала за честь участие в деле благотворительности. В годы Первой мировой войны ее представители стремились не только внести лепту в помощь ближнему, но и убедить его в исторической неизбежности происходящего, вселить уверенность в победе над врагом. Не случайно крупнейшие живописцы и графики (в их числе были братья A. М. и В. М. Васнецовы, К. А. Коровин, Л. О. Пастернак, Н. С. Самокиш, С. А. Виноградов, Г. П. Пашков, И. А. Владимиров, Б. М. Кустодиев, И. И. Нивинский) обратились к массовым видам искусства – журнальной графике, карикатуре, лубку, плакату, художественной почтовой открытке.
