В течение нескольких лет Апраксин совершал дерзкие набеги на прибрежные территории шведов, разоряя поселения и истребляя суда. Непобедимые до недавнего времени шведы тряслись от одного упоминания имени Апраксина! Тогда же Федор Матвеевич получил высшую морскую награду – кайзер-флаг.
Наконец, 27 июля 1714 года, генерал-адмирал Фёдор Апраксин и адмирал Матвей Змаевич атаковали флот адмирала Нильса Эреншёльда. Артиллерийским огнем шведам удалось отбить две атаки, после третьей атаки русские моряки взяли шведские корабли на абордаж. Перед сражением генерал-адмирал Апраксин учил своих моряков «пороху напрасно не тратить, а, сойдясь борт о борт, дать залп всем лагом, закрыть нижние борты и свалиться без церемонии на абордаж». Все корабли шведского адмирала были захвачены русскими. Адмирал Густав Ваттранг, участвовавший в сражении, остаток флота увел – русские одержали первую большую победу на море. Так и запомнился Гангут – как виктория, с которой началась героическая история русского военного флота. Как она случилась?
На раскрашенной гравюре, сделанной гравером Морисом де Бакуа в 1722 году с картины Пьера-Дени Мартина, лучшего французского баталиста того времени, изображен фрагмент боя у мыса Гангут, а точнее, захват русскими шведского фрегата «Элефант». Однако картина не дает полной информации об этом морском бое, а о сражении у мыса Гангут в учебниках написано достаточно мало: известно только, что это была первая победа Балтийского флота в генеральном сражении.
К тому времени война России со Швецией, так называемая Северная война, длилась уже четырнадцатый год. И если на суше она кончилась Полтавской баталией, раз и навсегда поставившей точку в споре о том, чья армия сильнее, то на море всё было не так однозначно. Полноценного флота Россия, как многие считали, не имела вовсе. Русские при постройке кораблей в первую очередь опирались на то, что им было знакомо и понятно: галеру. Корабли этого типа составляли основную часть военного-морского флота России, несмотря на низкую мореходность и слабое вооружение.
Шведы тоже использовали галеры, но главную ударную силу у них составляли линейные корабли, сочетавшие скорость хода, дальность пушечного боя и плотность огня.
К весне 1714 года юг и центр Финляндии заняли русские войска. Для высадки десанта 99 русских судов (галеры, скампавеи (полугалеры для перевозки лошадей и грузов) и вспомогательные суда с 15 тыс. солдат) вышли по направлению к Або, и у мыса Гангут полуострова Ханко столкнулись со шведским флотом, составлявшим 15 линейных кораблей, три фрегата, два бомбардирских корабля (канонерки) и девять галер. Русским флотом командовал адмирал Фёдор Апраксин. Шведским – контр-адмирал Густав Ваттранг.
Это было единственное узкое место в Финском заливе, которое стало идеальным для шведской засады.
Один 50‐пушечный линейный корабль, как известно, способен разнести в щепки дюжину галер, вооружение которой составляют всего несколько пушек: особенности конструкции не позволяют маленькой и низко сидящей галере устанавливать орудия куда-либо, кроме носа и кормы. Таким образом, шведский флот просто запер русский у Ханко. Русские корабли укрылись в Тверминнской бухте, а шведские дежурили снаружи, готовые залпами разнести русские галеры, как только те появятся. Так прошёл месяц.
Тем временем из города Ревеля, где стоял русский парусный флот, на выручку русским судам приехал Пётр I, велевший называть себя Петром Михайловым. Кстати, он к тому времени имел чин контр-адмирала. Разобравшись в ситуации, он походил по полуострову Ханко и нашёл самое узкое место – перешеек в два с половиной километра. Там было решено соорудить волок наподобие тех, которые когда-то русские делали на пути «из варяг в греки», и перетащить легкие галеры из одной бухты в другую, на другой стороне острова, в Рилакс-фьорд, небольшой залив. Таким образом, флот посуху выходил из ловушки, куда его загнали шведы. Солдаты моментально начали валить лес, делая бревенчатый настил для перетаскивания судов.
Густав Ваттранг, узнав об этом, попросту растерялся, потому что его решение разделить свой флот оказалось не лучшим, как показали дальнейшие события. На перехват переправлявшимся русским кораблям он отправил все свои гребные суда и парусно-гребной фрегат «Элефант» («Слон») под командованием контр-адмирала Нильса Эреншёльда. А в Тверминнскую бухту двинулись восемь линейных кораблей и две канонерки под командованием вице-адмирала Лилье, чтобы уничтожить ослабленный русский флот. Остальные корабли остались дежурить на внешнем рейде.
Однако Пётр, узнав о разделении шведской эскадры, и не подумал перетаскивать корабли, а решился прорваться основным путем.
