Великие шпионы полностью

Тем не менее при всех этих намерениях и случайных двусмысленностях разведка в состоянии совершить многое, чтобы сделать военные решения более обоснованными. «Маджик» мог сказать многое, даже если не сообщал вообще ничего. В нем не говорилось «авиационный налет на Перл-Харбор», но подтверждалось допущение, что около 30 ноября японцы нападут на английские и голландские владения в Юго-Восточной Азии, а возможно, и на американские. Важно отметить, что нападение на Перл-Харбор было лишь частью японского плана войны, который застал Вашингтон врасплох. Удивило Вашингтон лишь то, что японцы выбрали Перл-Харбор первоочередной целью и что они совершили воздушный налет, а не диверсию. Нападение на дальние острова и на Филиппины рассматривалось нашими политиками как один из возможных вариантов, начиная с 26 ноября. Но никто не мог быть уверен. Все сигналы были неоднозначными. И, возможно, важнейший урок, какой следует из событий в Перл-Харборе, заключается в том, что разведка всегда имеет дело с сомнительными сигналами. Их содержание предполагает не один смысл, и любые действия на основании такого сигнала всегда могут оказаться вредными.

Из книги «Битвы выигранные и проигранные»

Беспечность союзников, которая обеспечила немцам внезапность удара, положившего начало битве в Арденнах в декабре 1944 года, в значительной степени была обусловлена, как отмечает Болдуин, провалом тактической разведки. Он подчеркивает важнейшую роль тактической разведки, в которой разведгруппы, проникая на передовую противника, захватывают языков и приводят их для допроса.

В связи с этой катастрофой, однако, встает гораздо более широкая проблема, а именно правильность оценок намерений противника, что относится уже к компетенции стратегической разведки. Мы склонны исключать возможность, что противник будет поступать глупо, вернее, совершать то, что кажется глупым нам, хотя вся имеющаяся информация свидетельствует именно об этом. Несомненно, одной из причин провала нашей разведки перед Перл Харбором было наше убеждение, что японцы не станут бросать вызов всей мощи США, когда могут захватить столько легких и соблазнительных целей, не ставя под угрозу свои стратегические позиции. В случае битвы в Арденнах нам казалось немыслимым, что Гитлер бросит в рискованное наступление войска, которые ему следовало бы беречь для обороны границ самой Германии. Но он поступил именно таким образом.

Битва в Арденнах — хрестоматийный пример того, что следует и чего не следует делать в разведке. В анналах войн она останется замечательным примером обмана и достижения внезапности, причем против значительно более сильного противника, за счет маскировки своих намерений.

Как писал один австралийский журналист, «американская армия стремится наращивать собственную силу и, в отличие от британской, обычно не старается победить за счет использования слабостей противника».

«В области разведки имел место страшный дефицит, который парализовал любое конструктивное планирование в начале войны, — писал позднее генерал Дуайт Эйзенхауэр. — Второстепенную роль разведывательного управления в генеральном штабе старались всячески подчеркивать».

Битва в Арденнах словно прожектором высветила эти недостатки.

Немецкая армия с ее манией секретности и тщательно разработанной системой контрразведки и дезинформации действительно очень затрудняла работу американских разведывательных подразделений.