Когда в конце XVI века Совет по делам Индий призвал принуждать индейцев к использованию испанского языка подобно тому, как римляне во всех завоеванных ими провинциях насаждали латынь, вмешался сам король Филипп II. Он произнес:
Еще ранее, в 1536 году, его отец, Карл V, отдал распоряжение вице-королю Новой Испании Антонио де Мендосе, чтобы монахи и светские лица изучали языки индейцев. В университетах, основанных в Новой Испании, создавались кафедры, где велось преподавание этих языков.
Первый церковный собор, проведенный в Мексике в 1555 году, постановил, что миссионеры должны владеть языками коренных жителей на вверенной им территории. В противном случае они лишатся своего места.
19 сентября 1580 года король Филипп II повелел, чтобы при совершении таинств священники обращались к индейцам на их родном языке — в Европе в то время это делалось на латыни. Так языки индейцев стали официальными церковными языками в Испанской Америке, подчеркнул Рихард Конецке.
Все это сплачивало испанцев и индейцев, делало из них единый народ, делает вывод Хорст Пичман в очерке «Путь Латинской Америки в кризисах XX века. Историческая ретроспектива»
В книге «Завоевание ацтекской империи…» Пичман указывает на ряд факторов, способствовавших слиянию двух культур, европейской и древнеамериканской
✓ Испанцы признали местную знать и сохранили за ней ее права. Знатные индейцы по своему статусу были приравнены к идальго (людям благородного происхождения. —
✓ Захватив колонии, испанцы сохранили в них ту же систему податей, что была и при их предшественниках — в государствах Древней Америки. Так же, как прежде, была организована и система общественных работ.
✓ Дети знатных индейцев могли получать образование в школах, специально устроенных для них при церквях.
✓ Разумеется, многие индейцы были заняты на тяжелых работах, получали низкую плату за свой труд, выбивались из сил, недоедали, но было немало и тех, кто отстаивал интересы своей общины в колониальных судах, кто не чувствовал «жестокого угнетения и эксплуатации», о которых так любят писать, обличая «трехсотлетние зверства испанцев».
✓ Что же касается «языкового вопроса», порождающего скандалы в некоторых странах Европы еще и сегодня, то в Новом Свете «языковая ассимиляция» (Рихард Конецке) началась почти через три столетия после открытия Америки — в XVIII веке, когда Испанией правила уже династия Бурбонов. Постепенно испанский язык стал общенародным языком в Латинской Америке.
Казалось бы, испанцам удалось сделать почти невозможное — соединить две культуры, европейскую и древнеамериканскую. Однако на протяжении вот уже нескольких веков их обвиняют в том, что они стремились поголовно истребить все коренное население Америки и виновны в его массовом вымирании. Еще и сегодня из книги в книгу кочуют одни и те же фразы о «многих миллионах индейцев, истребленных испанцами в Новом Свете».
Например, историки часто цитируют фразу испанского богослова и правоведа XVI века Франсиско де Витории (1483–1546):
Испанцев, расселившихся в Новом Свете, традиционно изображают как свирепых, безжалостных убийц. Некоторые авторы склонны утверждать, что в истории не было народа более жестокого, чем испанцы. «Ни одна другая глава истории не иллюстрируется в иных школьных учебниках сценами такой невиданной жестокости, как встреча испанцев и индейцев», — пишет австрийский историк Роланд Бернхард в книге «Исторические мифы об Испанской Америке» (R.
