Великие страхи прошлого полностью

Колумбийский историк права Малагон Пинсон в одной из статей разбирает историю, приключившуюся в Мексике в 1616 году. В деревне Сан-Николас Куитлатетелько, в окрестности Мехико, на протяжении многих лет, по субботам, рядом с церковью работал индейский рынок. Это устраивало всех местных жителей. Одни торговали там, другие покупали все нужное. Однако несколько важных испанских господ задумали перенести рынок в другое место. Тогда Хосе де Сели, solicitador indio («индейский адвокат»), подал жалобу на неправедные действия испанцев. Она сработала. Сам вице-король потребовал от судьи не закрывать рынок. Такое решение и было принято. Впредь никто не должен принуждать индейцев покидать свою деревню и переселяться на новое место, а также переносить туда рынок. Никто не должен закрывать рынок в этой деревне или отводить его территорию под другие надобности (M. Pinzon. «Antecendentes hispanicos del juicio de amparo у de la action de tutela», 2003).

Правовая история Испанской Америки второй половины XVI–XVIII веков полна подобных примеров, которые никак не вписываются в расхожую и во многом неверную картину испанских зверств. После первой, штормовой волны конкисты море американской жизни быстро успокоилось. Почти повсюду здесь восторжествовал обыденный порядок.

Иногда можно встретить сообщения о том, что испанцы были противниками смешанных браков. Они якобы старались не жениться на местных женщинах. Документальные источники опровергают это мнение.

Браки между европейцами и женщинами из знатных индейских семей практиковались с самого начала. И для конкистадоров, и для индейцев подобные семейные союзы считались престижными, пишут немецкие историки Кристиан Бюшгес и Барбара Поттхаст в очерке «От колониального государства к многонациональному государству» (C. Buschges, B. Potthast. «Vom Kolonialstaat zum Vielvolkerstaat», 2001). Благодаря таким бракам формировалась смешанная испаноиндейская элита.

Метисация населения в заморских владениях Испании была процессом длительным, не окончившимся и поныне. Этот процесс создал современную Латинскую Америку, подчеркивает Рената Пипер в статье «Влияние латиноамериканских событий на структурные изменения в Европе» (R. Pieper. «Der Einfluss lateinamerikanischer Erzeugnisse auf strukturelle Veranderungen in Europa», 1998).

На протяжении всей колониальной истории индейцы смешивались с испанцами. Чем больше испанской крови было у потомков этих метисов, тем выше был их социальный статус. Справедливо и другое, замечает Фолькмар Блум: чем дольше длилось испанское владычество в Америке, тем меньше там оставалось чистокровных индейцев (V. Blum. «Hybridisierung von unten…», 2001).

В Новой Англии подобной метисации не было. Английские пуритане стремились не смешиваться с местным населением, где бы ни создавали свои колонии. Это было обусловлено прежде всего религиозными соображениями, поясняет историк Мариано Дельгадо в своей работе «Богословско-миссионерские и антропологические сходства и различия между католиками и протестантами в эпоху Великих географических открытий» (M. Delgado. «Missionstheologische und anthropologische Gemeinsamkeiten und Unterschiede zwischen Katholiken und Protestanten Im Entdeckungszeitalter», 2003). Как следствие, в Соединенных Штатах Америки, объединивших бывшие английские колонии, основанные на землях индейцев, сегодня, по прошествии четырех веков, очень трудно встретить людей, в чьих жилах течет и английская и индейская кровь.

Испанцы же легко перенимали обычаи и привычки местного населения, если те не противоречили нормам христианской морали, отмечает Хорст Пичман в работе «Язык, миссия и колонизация, или Возникновение новой культурной идентичности на примере Мексики» (H. Pietschmann. «Sprache, Mission und Kolonisation Oder die Entstehung neuer kultureller Identitat: das Beispiel Mexiko», 1993). Некоторые общественные институты, созданные индейцами, сохранились и в колониальную эпоху, например, система почтовой службы или система сбора податей, сообщает Малагон Пинсон.

В свою очередь, в школах, созданных европейцами, обучались дети местной элиты. Испанцы и индейцы быстро приспосабливались друг к другу, учились сотрудничать. Их мирное взаимодействие и определило дальнейшее развитие Испанской Америки, подчеркивает Пичман (H. Pietschmann. «Sprache, Mission…», 1993).