– Я – Симон Даркис. Выходите и покажитесь, кто вы!
Силуэты двинулись вперед, и Шани испугалась. Четверо человек – двое в мундирах морского флота, двое в штатском – вышли на лунный свет и вопросительно посмотрели на Симона. Впереди шел высокий мужчина с чисто выбритым лицом, изрезанным шрамами.
– Даркис! – Моряк помахал рукой. – Это тот ребенок?
– Да, – объявил Симон. – Кто эти двое с тобой?
Все четверо шли к Симону, разглядывая испуганную девочку у него на руках. Моряк, заговоривший первым, расхохотался при виде ребенка.
– Капитан Н'Дек насчет тебя не ошибся! – со смехом проговорил он. – Он сказал, что ты приедешь – и с ребенком.
– А мы думали, что ты попался гогам! – добавил второй – один из тех, кто не был моряком.
Симон ответил ему ледяным взглядом.
– Кто вы, к черту, такие? – спросил он. – Вы не моряки.
Незнакомец не оскорбился тоном Симона. Вместо этого он протянул ему руку и сказал:
– У нас один и тот же господин, Симон Даркис. Мы о тебе знаем. И знаем о той работе, которую ты здесь выполнял. Симон ощетинился.
– Вас прислал Бьяджио? – спросил он настороженно. – Зачем?
– Нам поручено наблюдать за Шакалом, пока ты повезешь нашему повелителю его дочь, – ответил тот. Он говорил таким же напевным голосом, каким говорили многие Рошанны, и лицо у него было таким же непроницаемым. – Господин ожидает тебя на Кроуте, но ему нужны глаза здесь, в Люсел-Лоре.
«Сукин сын», – мысленно прошипел Симон. Бьяджио перестал доверять кому бы то ни было.
– И поэтому сейчас у берега стоят два корабля? – рявкнул он. – Дураки вы! Рядом ходят лисские шхуны! Если они заметят ваши проклятые корабли, нам конец!
– Шхун мы не видели, – ответил опешивший моряк. – И такова была воля Бьяджио. – Непочтительность Симона его потрясла, внушила почти благоговейный ужас. – Второй корабль приплыл, чтобы доставить вот этих двоих. Это все, что мне известно.
– Чтобы к рассвету его уже здесь не было! – прорычал Симон, снова поворачиваясь к Рошаннам. Он собирался сказать им, что Ричиус уплыл, но почему-то промолчал. – Вы меня поняли? – спросил он вместо этого. – До рассвета этот корабль должен исчезнуть!
– «Мститель» пришел два дня тому назад, – объяснил второй Рошанн. Он был ниже и смуглее своего товарища, и его черные волосы и белые зубы поблескивали в свете луны. – Он привез нас, и мы устроили себе базу в башне. Корабль уплывет, когда мы закончим, когда он нам больше не будет нужен.
– Нам велено доставить вас на борт «Устрашающего», – сказал моряк. Он попытался сделать вид, будто гнев Симона его не пугает. – Как только ты будешь готов.
– Капитан Н'Дек вас ждет, – сказал второй агент. Протянув руку, он погладил Шани по щечке. – Поторопись. Господин ждет свою добычу.
Симон резко отстранил Шани.
– Не лезь! – угрожающе бросил он. – И не говори мне, что я должен делать, Рошанн. Я – Черное Сердце!
Это имя обладало достаточным весом, чтобы стереть с лица агента ухмылку.
– И ты прекрасно справился со своим поручением, как и предвидел Господин. А теперь отправляйся и привези ребенка к нему. Возвращайся домой, Черное Сердце. Отдыхай на Кроуте.
Теплое тельце на руках у Симона заставило его на секунду замешкаться. Он поглядел на похищенного младенца. Шани смотрела на него: в ее глазах читалось недоумение, личико раскраснелось от холода. Из носика бежала тонкая струйка соплей. Симон прихватил рукав куртки и вытер струйку.
– Лодка тебя ждет, – сказал моряк, указывая в сторону скалистого берега. – Вон там.
Потому что они все наблюдали за ним и потому что он совершил это злое дело и возврата назад не было, Симон молча пошел к берегу и лодке, которой предстояло доставить его на борт «Устрашающего».
В полночь, когда луна стала садиться и в Фалиндаре воцарилась тишина, Дьяна Вэнтран сидела в одиночестве в спальне своей похищенной дочери. Димису и его воинам не удалось найти след Шани, и хотя они продолжали поиски, чувство безнадежности усиливалось с каждой минутой. Симон Даркис – если это действительно было его имя – исчез, и такое совпадение не оставило Дьяне сомнений относительно судьбы ее дочери. Глядя в окно на уходящую за горизонт луну, она услышала в тихом свисте морского ветра слова мужа:
«Рошанны повсюду!»
Тогда она ему не поверила. И Люсилер тоже не поверил. Теперь Дьяна поняла, что Ричиус говорил правду: золотой демон Бьяджио, который преследовал его в кошмарных снах, совершенно реален – и страшен. Треш мертва. Люди Димиса унесли ее тело и смыли с пола почти всю кровь. В эту ночь Дьяне не хотелось быть со своими подругами. Она настояла, что останется одна в комнате Шани. Глядя невидящими глазами в окно, Дьяна мрачно думала, что скажет Ричиус. Он уехал всего полтора дня назад – а она уже потеряла их дочь! Она снова осталась одна, как до встречи с Ричиусом, – и это знакомое чувство вызывало в ней гаев.
– Где ты, Симон? – прошептала она. Ей слышен был шум океана, она видела отражение лунного света на волнах… Все это успокоило ее, помогло собраться с мыслями. – Рошанн! – громко пропела она. – Где ты?
