– Скоро мы потеряем земли. И тогда все. Придется уплывать к Затерянному материку и знать, что возвращаться некуда – сейчас завоевать собственные земли куда сложнее, чем раньше. Континент не резиновый, все хлебные места давно заняты, а пододвинуть другой клан… это дело неблагодарное. Попробуй вон Неспов заставить поделиться чем-нибудь… хотя у них сотни километров личных земель, несколько островов, горы, замки… Мы на их фоне как… эх! Рос, слушай, оборотней мы пока сдерживаем, но им нет конца! Скажи – откуда они берутся? Из какой долбаной бутылки лезут, чтобы мы нашли ее горлышко и заткнули! Чего этим тварям от наших земель нужно? Что они ищут в Гнездилище? И как это дело поправить? Если реально не замешан – так и скажи, я поверю. Но очень надеюсь на пусть и тонкую, но наводку.
– Уф, – выдохнул я. – Такого бардака я точно не ожидал. Насчет «замешан» – из-за меня весь этот бардак. Но только из-за меня. Ребята из моей группы и Неспы здесь вообще не при делах. Это я на тот случай, коли ты обиду затаишь и потом мстить решишь.
– К черту месть. Вряд ли ты это сделал именно ради того, чтобы превратить наши земли в рассадник нечисти.
– Говорю же – не ожидал такого. Тебе никто не говорил, что в тот же день внутрь Гнездилища вошли не только игроки, но и один из «местных»? Здоровенный такой детина, может, даже покрупней тебя. Длинные спутанные волосы, злобное лицо, хрипящий голос и взор исподлобья. Нес при себе крупный бочонок.
– Говорили, – подтвердил Крестоносец, напрягшийся, как охотничий пес, напавший на след. – Но я решил, что это ошибка или вранье – в Пещеру даже стражи давно не ходят. А тут какой-то левый «местный». Эту версию мы отбросили.
– И зря. Тот детина был оборотнем.
– А, черт!
– И пришел он сюда неожиданно. После чего сделал мне предложение, от которого нельзя отказаться. Вместе с нами он прошел почти по всем коридорам, а затем, когда пришло время и настала полночь, обратился в серебряного оборотня. И мы дали ему бой. С трудом великим, но завалили тварь. После чего он исчез, оставив мне в подарок собственную голову – в волчьем, а не человеческом варианте. Ушастая волчья башка с оскаленной пастью. Голову я отнес в Гильдию Магов Альгоры, отдав его одному из верховных тамошних магов.
– Так… так… это уже супер… продолжай…
– А больше нечего говорить. На этом для меня здесь все закончилось. Я сам далеко не спец, но вижу два варианта. Либо оборотней привлекает место смерти гигантского перевертыша и они ходят сюда на паломничество. Либо же они ищут отсеченную голову серебряного волка. Но зачем она им?
Про медальон я умолчал. Серебряная Легенда не может иметь к происходящему никакого отношения. Это храмовый доспех, выкованный давно павшим божеством. Сам Грим также никак не мог возродиться и возглавить мстительных тварей – даже в виде призрака не мог. Иначе бы он меня давно уж навестил темной ночкой и шепнул бы на ушко пару ласковых матов.
Голова.
Или место смерти.
Других вариантов действительно не нахожу.
Взглянув на задумчиво морщащего лоб Крестоносца, я посоветовал:
– Либо спросите в Гильдии Магов, либо обследуйте место смерти серебряного оборотня.
– С кем говорить в Гильдии?
– С верховным магом Тарниусом. Он архимаг, если точнее. Высокий и худощавый седой дедушка в пурпурной мантии. Подбородок волевой, сил волшебных выше крыши, взгляд жесткий и пронзительный.
– Попробуем, – ответил лидер Креста. – Обязательно попробуем… но вряд ли. Как-то далековато. И что они могли такого с той головой сделать, чтобы все оборотни взбесились? Это ведь не артефакт был?
– Обычная мертвая голова, – покачал я головой. – Доказательство убийства. Давно, наверное, голову оборотня уже в прах обратили или в витрину положили.
– Но только на голову все подсказки указывают…
– Он вроде как вожаком оборотней и волков был, – подтвердил я. – Священная для них персона. Под его лидерством они начинали кровавую охоту на все живое в случайной местности. Так что могла нечисть обидеться и начать мстить.
– И вот это совсем плохо! А если у них там установка типа: «Пока не убьем десять по десять тысяч, не дадим покоям этим мерзким землям?» Что тогда?
– Тогда я стану вашим главным врагом надолго, – вздохнул я. – Вот ведь… такого точно не мог ожидать.
– Мамонт влез! – радостно оповестили нас.
Восседающая на спине гигантского волка Роска сияла от радости как весеннее солнышко. Стоящий рядом худой как щепка Орбит сиял столь же ярко, причем в двойной степени – по непонятной причине его лысина светилась. Чем-то он ее намазал. Эльфяка Басквервилей… у-у-у-у-у-у-у-у…
– Но тепе-е-е-ерь не выла-а-а-зит, – вздохнул Орбит. Словно в подтверждение послышался новый трубный вопль Колывана. Будто в тоннеле ревет поезд метро.
– Хвост наружу торчит, – добавила дочь.
– О, – поднял я палец вверх. – К нам снизошел гений непредсказуемости и аналитики!
– Ты чего? – удивился Крестоносец, глядя сначала на Роску, затем переводя взгляд на Тирана. – И кто же это?
