— Интересуетесь новой техникой? — громко обратился он к фронтовикам.
От группы отделился старший и, подойдя к летчику, отрекомендовался:
— Группа летного и технического состава сто восьмого гвардейского штурмового авиаполка прибыла для изучения и получения новых штурмовиков Ил-десять. Командир полка гвардии подполковник Топилин.
— Добре, — летчик широко улыбнулся и подал руку Топилину. — Подполковник Ломакин. Очень хорошо, что вы прибыли за этими самолетами. Пора уже войскам осваивать новую замечательную машину, да фрицев колотить на ней!
— Мощный мужчина, этот заводской летчик, пригодился бы в нашем полку, — заметил кто-то из фронтовиков, идя с аэродрома.
— Боевой командир, — пояснил военный представитель, — Евгений Никитович Ломакин. Участвовал в нескольких войнах, награжден орденом Ленина и другими орденами.
— Весь процесс переучивания нашего полка на заводе был спланирован и выполнялся в таком высоком темпе и в такие сжатые сроки, что многие из нас частенько вспоминали о тех небольших передышках, которые порой выпадали на фронте, — улыбается А. А. Павличенко — бывший заместитель командира 108-го полка. — Зачастую, по ходу изучения агрегата самолета, группа во главе с преподавателем направлялась в цех. Там летчики, инженеры и техники полка могли увидеть изготовление каждой детали боевого самолета.
Это были не значившиеся в учебном плане, но очень важные уроки. Здесь герои-фронтовики встречались с героями трудового фронта, видели, как самоотверженно, хотя порой и с немалыми трудностями работают в тылу советские люди.
— Нас поражало, — вспоминает один из летчиков 108-го полка, — что на большинстве рабочих мест в крыльевом, фюзеляжном и других цехах трудились женщины и подростки лет четырнадцати — шестнадцати. Они сосредоточенно сверлили и клепали конструкции, ловко орудуя пневматическими дрелями и молотками. На всю жизнь запомнились нам их бледные, худые лица, их скромная одежда. Независимо от пола и возраста, основная масса рабочих была одета в стеганые куртки и такие же брюки. На ногах — тоже стеганые сапоги-чулки, поверх их — резиновые галоши-чуни. Как нам сказали, эту одежду и обувь, так называемые ноговицы, изготавливали здесь же, в подсобных цехах завода…
Конечно, те летчики, кто бывал на заводе в 1942–1943 годах, замечали многие улучшения не только в производстве, но и в облике людей, их физическом состоянии и одежде. Но все же отпечаток лишений военного времени и теперь лежал на всем.
По инициативе командира эскадрильи Петра Железнякова летчики 108-го авиаполка стали систематически выделять из своих пайков часть продуктов — сахар, консервы — и отдавать их подросткам, работавшим в сборочном цехе завода.
Нормальная продолжительность рабочей смены составляла 12 часов, хотя подростки работали меньше. По-прежнему действовал закон военного времени, о котором напоминали плакаты в цехах: «Не покидай рабочего места, не закончив задания!»
Напряженный труд, царивший на заводе, захватывал всех. И каждый фронтовик почувствовал, что именно его мысли высказал Топилин на партийно-комсомольском собрании полка, состоявшемся на третий день их пребывания на заводе.
— Мы справедливо считаем, что на фронте трудно, подчас очень тяжело, — говорил Топилин. — Но, товарищи, разве можно сказать, что здесь, на этом трудовом фронте, легче, чем нам? У меня язык не повернется сказать такое…
Тогда коммунисты и комсомольцы полка постановили: освоить новую машину на отлично в кратчайшие сроки!
К началу января 1945 года примерно за полтора месяца теоретическая часть обучения 108-го полка была закончена. Но главное было впереди. Летному и техническому составу полка предстояло самим освоить практическую эксплуатацию нового самолета, получить партию машин для своего полка и научиться их обслуживать, на них летать и воевать.
С этой целью весь состав полка, обучавшийся на заводе, перебазировался на аэродром 5-го зап, находившийся в сотне километров от завода.
Ил-2, как и его родной брат Ил-4, был также и самолетом морской авиации, входившим в состав ВВС ВМФ.
Здесь в качестве целей, против которых действовали «илы», были морские корабли, самоходные баржи и другие плавсредства противника.
При этом, если превращение бомбардировщика Ил-4 в торпедоносец произошло давно, по воле конструкторов, то специальности топмачтовика штурмовик Ил-2 первыми «научили» летчики 13-го шап подполковника Н. А. Мусатова на Черноморье.
Кстати, топмачтовым называется такое бомбометание, при котором бомба с низколетящего самолета сбрасывается метров за 200–300 до корабля. Ударившись плашмя о воду, бомба рикошетирует и, подскочив над водой, поражает цель. Многие транспорты и самоходные баржи с войсками противника скрылись в черноморских волнах после топмачтовых ударов «илов»…
В истории Великой Отечественной войны известно немало случаев, когда активное участие штурмовиков Ил-2 решало судьбу боя.
Например, Маршал Советского Союза Петр Кириллович Кошевой как-то образно говорил, что Сапун-гору в Севастополе 7 мая 1944 года взяли «илы».
