Жас улыбнулась ему в ответ. Встретились! Все-таки встретились! Остров внезапно показался ей дружелюбным приветливым местом. Она первая шагнула вперед, привстала на цыпочки и поцеловала Тео в щеку. Его руки сомкнулись на ее спине. Знакомо и чуть-чуть неловко. Со времени клиники Бликсер Рат для них прошла целая эпоха. Годы, новые беды. Он потерял жену. Она потеряла себя.
Они разомкнули объятия; Тео двинулся вперед, но не туда, где, как ей казалось, должен находиться его дом.
– Когда я увидел в книге твою фотографию, то сразу тебя узнал, – сказал он. – Тебе, конечно, уже не четырнадцать, но лицо…
Тео смотрел на нее открыто и испытующе. Это могло бы показаться грубым, если бы они не были знакомы так долго и так близко.
– Ты почти не изменилась. Та же девчонка, что я знал тогда.
Когда Жас была подростком, ее неудержимо тянуло к Тео. Ничего удивительного, что потянуло снова. И все-таки странно. Она понимала: это не зов плоти, а всего лишь отклик памяти. Надо просто постоянно держать это в уме: не взаправду. Меньше всего Жас нуждалась сейчас в любовной связи. Ведь с момента расставания с Гриффином еще и двух месяцев не прошло. К тому же Тео написал ей, что тоскует по жене. Ведь написал же?
– Как ты нашел меня? Откуда узнал, что я пойду этой тропинкой? – спросила Жас, внезапно испытав острое желание нарушить молчание какой-нибудь немудрящей репликой.
– Я заехал за тобой в гостиницу. Миссис О’Нил сказала, что ты пошла пешком. Она беспокоится, что ты заплутаешь в темноте. Почему ты ее не послушалась?
– Еще не темно.
– Скоро будет. Сейчас темнеет рано и очень резко. Я хорошо знаю эти места, но после заката здесь действительно рискованно ходить. В этих зарослях всякое может случиться.
– Всякое? Призраки?
Задавая вопрос, Жас чувствовала себя страшно глупо.
Но Тео молчал, отвернувшись. Что же она такое ляпнула?
– Ну… волки, например. Хотя, да, про призраков тоже болтают. Ты их боишься?
– Кого именно, волков или призраков?
– Тех и других.
– Ну, призраков я не боюсь, – заявила она. – Я в них не верю.
– Вот и хорошо.
– Но волки… волки – это серьезно.
– Тоже верно. Не следует недооценивать силу диких тварей. Они редко нападают на людей, только если бешеные, но они очень опасны и могут нанести вред, даже убить. Есть жуткая местная легенда. В этих лесах волк однажды похитил маленькую девочку…
Тео понизил голос. Он снова хмурился.
– Осторожнее. Под листвой попадаются толстые корни. Не споткнись.
Упали сумерки, и лес вокруг приобрел зловещие очертания. Через несколько минут они подошли к развилке. «Похоже, в одиночку я бы заблудилась, – подумала Жас. – На карте миссис О’Нил такого поворота не было».
– Сюда. Я припарковался вон за теми деревьями.
На дороге Тео распахнул заднюю дверцу «Рейнджровера» для собаки, а потом пассажирскую – для Жас.
В салоне автомобиля она снова почувствовала запах одеколона Тео: эвкалипт, мед, корица и дубовый мох. Запах, памятный по Бликсер Рат. Она когда-то спрашивала его, и он даже назвал марку – Жас никогда не слышала о такой.
Память снова пробудилась. Жас вспомнила, как пахла кожа Тео, когда они лежали в траве, исследуя друг друга. Она перевела взгляд на руки, держащие руль. Эти длинные чуткие пальцы когда-то к ней прикасались…
Пейзаж за окном автомобиля быстро менялся. Резко стемнело. Проехав по узкой петляющей дороге четверть мили, Тео свернул к дому. Теперь машина двигалась среди серебряных берез. Черные крапины на белой коре – будто глаза. Тысячи глаз смотрели на нее со всех сторон.
Наконец они подъехали к высоким каменным колоннам. Бронзовая табличка на одной из них гласила:
Дорога вилась вдоль леса. Ни следа человеческого жилья.
– Сколько времени твоя семья тут обитает? – поинтересовалась Жас.
– Дед обычно говорил, что Гаспары возникли на острове вместе с камнями. Но если ты о доме, то с середины девятнадцатого века. Здесь сначала был монастырь, его поставили в двенадцатом столетии и перестроили в пятнадцатом. А за последние полтора века семья отремонтировала дом, кое-что обновила… Но основа здания осталась неизменной.
На следующем повороте с последним лучом заходящего солнца перед ней открылся новый вид. Дорогу обрамлял орешник. Казалось, деревья стоят здесь вечность. Дующий с моря ветер искривил стволы, и они согнулись, как спины стариков.
На расстоянии казалось, что среди деревьев высятся каменные валуны; но когда машина миновала первый, а затем и второй, Жас поняла, что это не камни, а скульптурные изображения, почти в натуральную величину. Люди, просто одетые; лица скрыты под капюшонами. Некоторые развернуты в сторону дороги, другие – к дому. Паладины, защищающие свою твердыню.
– Откуда они? Многие античные работы выполнены настолько просто, что кажутся современными. А эти?
– Старинные. Мы исследовали некоторые – они древнее, чем монастырь. Вырезаны из доисторических валунов, поэтому точная датировка невозможна, но эксперты полагают – первое-второе столетие новой эры.
– Железный век. Эпоха кельтов.
– Точно.
