Мое дружелюбное отношение к Генри Джону совсем не понравилось. Дело не в ревности, а в пошатнувшейся уверенности в работе Фрица. Кажется, Джон Хэнтон теперь сомневается, что Генри действует только в его интересах…
— О чем ты хотела поговорить со мной? — спрашивает Джон, когда мы остались одни.
— Об Алане Лонгере. Он намеревается ограбить меня, — со злостью в голосе говорю я.
— Чего именно он хочет?
— Тридцать процентов акций моей компании.
— Тридцать процентов — только начало. Если сделаешь это, совсем скоро он присвоит компанию себе, — уверенно заявил Джон. — Лонгер — монополист в нефтяном деле, а ты, дорогая, объявила ему войну.
Я замерла, и Джон остановился вместе со мной.
— Что значит «монополист»? На севере тридцать нефтекачалок, едва ли не у каждой свой хозяин.
— Поставленный Лонгером, — добавил Джон. — Это его способ обойти закон.
— Ясно, — уперев руки в бока, смотрю на невозмутимое лицо Хэнтона. — Ты удивительно спокоен.
— Это твоя битва, с чего мне беспокоиться?
— Тебя нисколько не волнует судьба твоих денег?
— А я считал тебя умной, — без улыбки заметил Джон. — Стал бы я тянуть, если бы всерьез намеревался вернуть себе свои деньги.
— Хочешь сказать, у тебя нет притязаний на сто двадцать восемь миллионов? — не верю я.
— Нет.
Смотрю на спокойное лицо Джона и понимаю, что он прав, — хотел бы, давно бы нашел способ остановить растрату своего капитала. У него были для этого возможности, но он ничего не сделал, хотя сперва был решительно настроен на обратное…
Что заставило его передумать?
Между тем в голове возникла интересная мысль. По выражению моего лица всегда понятно, о чем я думаю, и Хэнтон строго предупредил:
— Попытаешься объявить свою независимость — встретимся в суде.
— Я ни о чем таком не думала… — неубедительно солгала я. Нахмурилась.
Джон заметил.
— И что теперь делать? — возвращаюсь я к насущной проблеме.
— Не пускай Лонгера в долю.
— Это несложно. Меня беспокоят последствия такого решения. Чего мне ждать от этого человека?
— Грязной игры, разумеется, — говорит Джон. Смотрит на меня. — Расскажешь о своих планах?
— Как мне теперь известно, за Лонгером север, а я собираюсь получить юг. Вот и весь план.
— Ты считаешь месторождение настолько крупным? — по тону Хэнтона понимаю, что тот считает меня безумной.
Я выкупила восемнадцать тысяч гектаров. Намереваюсь добывать нефть по всему периметру этой земли, а не довольствоваться одной двадцатой ее территорий. Крупное ли это месторождение?
Очень.
Если мне не изменяет память, в реальности моей прошлой жизни компания расставила вышки в количестве восьмидесяти четырех штук и успешно качает из них нефть на протяжении двадцати лет.
Я не заметила, как на моем лице растянулась дерзкая ухмылка.
— Ты о чем-то знаешь, о чем не знает никто другой, — вдруг понял Хэнтон.
Я ничего не сказала в ответ, но в подтверждение слов Хэнтона взгляд у меня сверкнул.
Раздаются громкие возгласы. Среди рабочих возникла суета.
— Что там происходит? — оглядывается Джон.
Суета вокруг третьей вышки. Подобное я уже видела.
— Наверное, и на этой не выдержала колонна, — мрачно предположила я.
Раздался не характерный для работы вышек звук. Шум становится совсем громким. Люди рассыпались в стороны, когда из недр земли к небу взлетел черный фонтан.
Смотрю вверх. От изумления приоткрылись губы.
Никаких мыслей. Никаких слов.
Арчи Томпсон предупреждал, что фонтан достигнет высоты в пятьдесят или сто метров. Этот достиг около трехсот метров. Потрясен даже Джон. А я…
Я даже не представляю, как сейчас выгляжу.
— Нефть! — наконец выдохнула я слово, которое в силу сковавшего меня онемения никак не могло слететь с языка. Я ринулась к третьей вышке. Гигантский фонтан нефти взмыл в небо так высоко, что брызги черного золота разлетелись по периметру всей рабочей площадки.
Вокруг третьей вышки уже образовалась черная лужа.
Рабочие обеих смен в активной работе. Томпсон руководит, громко отдавая приказы.
Я не знаю, чем могу помочь.
Мой взгляд мечется из стороны в сторону, пока не натыкается на красный седан у первой буровой вышки.
Теперь я знаю, что должна делать.
Бегу к машине и падаю в салон. Провернув ключ в замке зажигания, выжимаю газ. Мотор взревел. Машина несется в забытый город, оставляя позади желтый след дорожной пыли.
Что для меня значит обнаружить нефть? Прежде всего — самое прямое доказательство, что я не сошла с ума. Я не плод воображения Анны Лоуренс, я Виктория, и моя жизнь не выдумка. Я существую на самом деле, но по загадочному решению судьбы оказалась здесь.
А еще найти нефть значит превратить в явь мечту о финансовой независимости в этом мире, обрести влияние, а значит, получить свободу.
У меня есть нефть… Невероятно!
Новый Стилдон. Этот город мало изменился за прошедшие несколько дней, разве что в предметах быта местных жителей появились вещи из нашего лагеря… Прямо сейчас на крыльце одного из домов я вижу не так давно украденный из лагеря плетеный стул.
На этот раз я заглушила машину рядом с телефонной будкой.
Вбежала внутрь разбитого железного ящика и сняла трубку.
Растерялась.
Лески с монетой на этот раз не оказалось.
