Барт в последнее время очень сблизился с бывшим бароном. Иногда мне кажется, что господин Фань воспринимает моего друга как сына. У старика нет детей, и надежды стать счастливым родителем давно утрачены. Он с явным удовольствием просвещает Барта по поводу культурных и исторических особенностей Делящей небо. Барт говорил, что господин Фань охотно рассказывает ему о своей жизни, о том, как он прошёл тернистый путь от бедного молодого человека, да ещё и сомнительного происхождения, до преуспевающего богатого биржевика. Меня сперва настораживал этот интерес, и я, естественно, не мог не переговорить с Бартом. За стаканчиком, словно бы ненароком, я перевёл разговор на барона и проект Хрустального моста. Я опасался, как бы из дружеского расположения Харада не сболтнул чего лишнего своему новообретённому покровителю. Тот только отшучивался, заверяя, что барон Фань по большей части просто веселит его забавными, а по временам и скандальными, историями из жизни своих знакомых. Не стану исключать, что Фаню молодой артанец показался родственной душой. Ведь Харада также своим умом, упорством и настойчивостью добился своего сегодняшнего положения, и старику захотелось передать кому-то свой жизненный опыт. Однако, я пригляжу за ними обоими. Решение по участию Артании в финансировании Хрустального моста пока окончательно не принято. Кто знает, нет ли у господина Фаня особенного интереса к моему другу, и интерес этот может быть связан с известным проектом.
— Заметьте, — чародейка сняла очки и потёрла переносицу, — мы снова оказываемся в своеобразном треугольнике, одной стороной которого является Сюро Санди, второй — госпожа Фань, и к ним примыкает Харада.
— Не согласен, — возразил коррехидор, — Харада примыкает к мужу Фань Суён.
— Но опосредовано он всё равно входит в узкий круг, так или иначе связанный с последующими убийствами. Не могла ли тогда госпожа Фань крутить амуры с обоими мужчинами?
— Пока из дневника Сюро подобного вывода сделать нельзя, — Вил перелистнул страницы. Оттуда выпорхнул голубоватый листочек закладки. Коррехидор наклонился, поднял его и положил на место.
Сегодня мы побывали на ежегодном состязании лодок-драконов, — писал Сюро Санди, — прелюбопытнейшее зрелище. Событие года, о нём Барт успел мне прожужжать все уши. Хоть я не выказывал никакого интереса, но мне пришлось узнать, что драконам в Делящей небо оказывают все возможные почести, поскольку принято считать, что и сама страна, и её жители происходят непосредственно от Великого небесного дракона, след которого мы видим в виде мириад звёзд Небесной реки. И именно для того, чтобы потешить, умилостивить и развеселить небесного покровителя, каждое лето на реке Сань устраивают гонки драконьих лодок.
