Завёл для проверки разговор о проекте Хрустального моста, — писал Сюро, — однако ж никакого интереса у Суён этот вопрос не вызвал. Она высказалась строго в русле общепринятой делийской доктрины: мост соединит два берега самой широкой реки в государстве, это принесёт большие экономические выгоды, а железная дорога значительно убыстрит сообщение между двумя крупнейшими промышленными центрами страны. И добавила, что ей приходилось пользоваться паромом, и она предпочла бы прожить жизнь, не имея подобного жизненного опыта. Долго, нудно, неудобно, — именно этими терминами она охарактеризовала паромную переправу. Я не стал продолжать, и разговор сразу же перескочил на другую тему. Нет, Суён не свернула обсуждение и не попыталась искусственно отвлечь мой интерес; просто Хрустальный мост, активы и акции её совершенно не заинтересовали. А сие было бы исключено, работай она на делийскую разведку. Ведь всем известно правило: при добывании информации используй любую, даже самую крошечную возможность; развивай данную тему, выказывай интерес и восхищение осведомлённостью собеседников, побуждая тем самым их к дальнейшей откровенности. Чем дальше я общаюсь с Суён, тем больше убеждаюсь, что она нисколько не походит на агента разведки: она не пыталась обольстить меня, хотя её супруг совершенно спокойно оставляет нас наедине, и притом на длительное время. При этом господин Фань, смеясь, заявил, что он слишком стар, чтобы напрягать мозги игрой в го, до коей его супруга большая охотница. И поэтому с удовольствием передоверяет мне свою Суёночку вместе гобаном и камнями. Мы многократно оставались вдвоём, и со стороны госпожи Фань не было ни единого проявления развязности или каких иных форм неподобающего поведения. Хотя в её прекрасных глазах я читаю нечто совершенно противоположное тому светскому безразличию, что выражают совершенные черты спокойного лица.
— Прекрасные глаза, совершенные черты, — не удержалась Рика, — похоже, десять лет назад господин Сюро крепко влюбился или, по крайней мере, был на грани большого, сильного чувства. Столько восхищения прячется за скупыми сточками старого дневника.
— Да, согласен. Если госпожа Фань Суён ставила своей целью завоевать сердце нашего разведчика, то она выбрала подходящую тактику. Он был готов противостоять откровенному обольщению, но вот скромное очарование умной женщины, увлечённой интеллектуальной игрой, сразило его наповал. Итак, что у нас дальше?
Вилохэд перелистнул несколько страниц, исписанных ровным мелким почерком. А затем возвратился назад.
— Тут опять о Хараде.
