10 сентября 1919 года состоялось подписание Сен-Жерменского договора, в соответствии с которым территория Австрии вернулась к размерам бывшей Восточной марки
С 1919 по 1934 год городом управлял муниципалитет, состоявший из социалистов. Революционное движение, потрясшее Петроград, а за ним Берлин, докатилось и до Вены. Как ни странно, политическую власть в столице захватили именно социалисты, хотя по всей стране они были в явном меньшинстве. Поэтому Вена стала своего рода государством в государстве и экспериментальной площадкой рабочей демократии; по выражению бургомистра социал-демократа Карла Зейца, «островком социализма посреди буржуазного государства». Этот человек, родившийся в 1869 году и избранный в 1923-м, оставался на посту городского головы на протяжении 11 лет, в период между двумя войнами, который иногда называют временем «красной Вены».
Политическая обособленность города, так и не сумевшего, несмотря ни на что, избавиться от вековых традиций аристократизма, производила странное впечатление. Многие венцы родились и выросли при Франце Иосифе и не знали иного режима, кроме режима монархии; его смерть на фоне военного поражения и связанных с ним трудностей, в том числе моральных, вносила в умы смятение. Императору еще повезло: он не застал крушения империи, выстроенной силами целых поколений его предков. Что же собой представляла республиканская Вена, в которой в 1920 году Зимний манеж открыли для всех желающих (со всеми вытекающими последствиями), а в 1921-м в городском парке воздвигли памятник (позолоченный!) Иоганну Штраусу-сыну? В честь этого события был дан концерт. Музыканты под управлением Артура Никита очень волновались: пожалуй, впервые оркестр, исполнявший вальсы Штрауса, звучал не так слаженно, как привыкли венцы, заставляя их ронять горькие слезы. Зато на заведении отважной Анны Демель, не намеренной послушно следовать указаниям новых властей, по-прежнему красовалась вывеска поставщика императорского и королевского двора.
Смешение идей и убеждений, настроений и поступков приводило к неожиданным результатам. В 1925 году Испанская школа верховой езды впервые за четыре столетия отправилась на гастроли в Берлин, переживавший уже вполне отчетливый крах Веймарской республики. Липицианские лошади — этот символ Вены — оказались отличным экспортным товаром. Одновременно в австрийской столице шел бурный процесс городского строительства. Возводились гигантские жилые комплексы — целые микрорайоны, — названия которых заканчивались на слово «хоф» (от немецкого «городок»). Всего их насчитывалось 398, и они стали самым заметным свершением деятелей Красной Вены, как с точки зрения архитектуры, так и в смысле решения социально-экономических проблем. Дешевое муниципальное жилье (на 64 тысячи квартир) возводилось на северной и южной городских окраинах; не будем забывать, что вплоть до 1918 года разделение на аристократические, буржуазные и народные кварталы ощущалось в Вене очень заметно. Никуда не делась и память о «короле вальсов» Иоганне Штраусе-младшем. 25 октября 1925 года Вена торжественно отметила столетие со дня рождения своего великого земляка. Накануне этой даты, 17 и 18 октября, прошло два концерта в Венской филармонии. Оркестр исполнил вальс «На прекрасном голубом Дунае» — впервые после начала мировой войны.
