– Ну, если убедить полковника поучаствовать… – вслух раздумывает Руслан, – то он сможет договориться с афганскими погранцами о проведении антигероиновой операции. Попросит их пропустить броневики через границу всего на один день.
– Вот и договаривайся с полковником, – разводит руками Денисов. – Все равно без его приказа ни один «Тигр» не сдвинется с места, а тебе нужно целых три!
– Я дружил с сыном полковника; он умер от передоза два года назад. Бахром еще тогда пообещал отомстить Джафару, сделавшему тот героин. И я знаю, что Бахром строит охотничий домик где-то в горах и ему нужны деньги. Думаю, у него возникнет соблазн покарать убийцу и получить долю от награды… Но я должен прийти к нему уже с детальным планом.
– Я бы спрятал два «Тигра» у дороги за вершинами холмов на расстоянии километра друг от друга… – размышляет Булат. – Когда твои «смельчаки» с одного броневика увидят Джафара, они передадут тем, кто во втором, чтобы они выехали наперерез. После этого первые перекроют отступление, а вторые заставят боевиков сложить оружие в одну из их машин. Дальше надо будет вызвать предводителя на разборку, предъявив, например, претензии к качеству героина, и в подходящий момент затащить его в броневик. Потом подорвать машину с оружием и смыться.
Согласившись с коллегой, Антон добавляет:
– Детали продумаешь со «смельчаками», которые согласятся на эту шальную авантюру. Только не забудьте про овраги.
– В смысле?
– Догадайся сам, раз занимаешься пословицами.
– А, понял! – заулыбался Руслан. – Гладко было на бумаге, да забыли про овраги. Если я все-таки уговорю Бахрома поучаствовать, вы тогда подумаете?
– Нет, не стану! – уверенно отрезает Антон. – Потому что здесь вся сложность не в наступлении, а в отступлении. В Афган во все века было легко зайти, да трудно выйти. Если боевики перекроют дороги, вырваться будет нереально.
– Вход – рубль, – Булат поднимает большой палец. – – Выход – два! – он выпрямляет указательный и средний, просовывает между ними большой, сооружает фигу и показывает ее Руслану. – А на бонус пословица для твоей диссертации, которую втолковывал мне отец: «Прежде чем войти, подумай, как выйти».
– А если Бахром договорится с афганскими военными сопроводить нас?
– Вот тогда и решим, впрягаться или нет, – пожимает плечами Антон.
– Но сначала поделишься версией полковника, – поддерживает коллегу Булат.
– Ну, тогда всё – мне в штаб. Конец рабочего дня, надо отвозить Бахрома домой. Он, кстати, грозился допросить жену и дочерей – хочет понять, кто проболтался про охоту.
Солнце медленно опускается за горы, и они накрывают своей тенью погранотряд. Антон с Булатом вытаскивают из броневика электросамокаты и катят на них к КПП. Оставив позади ворота, сворачивают на тихую улицу приграничного городка. С одной стороны улочки тянутся к солнцу еще зеленые тополя и чинары с выбеленными известью стволами, с другой – деревянные столбы с электропроводкой.
Испытатели проезжают несколько кварталов и подкатывают к невзрачной двухэтажной гостинице «Фортуна». По негласному рейтингу проживающих здесь гостей она тянет примерно на половину звезды. Под вывеской с многообещающим названием висит щит с рекламой: «Лучшие цены в Евразии». Рядом с заведением – въезд во вместительный железный гараж с машинами и велосипедами, куда напарники ставят самокаты на подзарядку.
У стола-стойки сидит немолодая таджичка – «четыре в одном»: швейцар, портье, администратор и охранник. Перед женщиной – монитор с картинками видеокамер: вход в гостиницу, въезд в гараж, коридоры первого и второго этажей. Друзья заходят в буфет и берут по порции ароматного лагмана, по две горячие лепешки и по стакану холодного компота.
Пока Антон ест, Булат подбивает:
– За небольшую долю от такой награды я мог бы купить раллийный КамАЗ и создать свою команду. Ты уговаривал меня продать наш патент, чтобы раздать долги и купить приборы с оборудованием для мастерской. Но без прав на изобретение наша компания бесполезна. А если поймаем этого террориста, нам хватит на все, и патент продавать не придется.
– Замануха, конечно, приличная…
– Давай оценим профит, прежде чем отказываться.
– Да и так понятно: это критически опасно, поэтому нецелесообразно. Вот ты свою жизнь дорого ценишь?
– Я – гонщик.
– То есть не очень дорого?
– Кто-то кайфует от героина, а я от адреналина, – говорит Булат, налегая на лагман. – А ты от чего?
– Я – от жизни… Пытаюсь, во всяком случае.
– После того, как мы начали свое дело и обросли долгами, жизнь нашу не назовешь сладкой.
– Стараюсь радоваться бытию, какое есть.
– Да… решительности в тебе, Антоха, поубавилось… Такая возможность подвернулась жизнь наладить, а ты в кусты…
– Надеюсь, в школе ты проходил «Пиковую даму» Пушкина? Если так, должен помнить слова военного инженера Германна о том, что не резон жертвовать необходимым в надежде приобрести излишнее.
– Да за такие деньжищи ты смог бы создать полноценное конструкторское бюро! Разве это излишнее?
– А какую реальную инфу мы имеем? – парирует Антон. – Слова наркокурьера? Геопозицию? Будем ставить свою судьбу на географическую карту?
