В отличие от сына Улеба, вернувшийся в тот день с Принцевых островов Радмир, встретившись с дядей, сразу заявил, что ему негде размещать своих людей. Оказалось, что Кудря так загрузил его ладьи, что там оставались места только для гребцов и еще двух-трех человек.
– Конечно, можно разместить воинов на дромонах, но через днепровские пороги нам их точно не перетащить.
– Съезди, пока не стемнело, к Рогвальду, я видел там много ромейских лодок, размерами с наши ладьи, – посоветовал ему Вислав.
Полабский княжич воспользовался советом дяди, но отправил в залив Золотой Рог Светослава. Сам он решил проконтролировать подготовку сотников к завтрашнему отплытию и посоветоваться с ними о распределении воинов по ладьям и назначении новых старшин и кормщиков.
Бывший витязь Световита еще засветло добрался до руского лагеря у Галаты. Ромейских судов там на самом деле оказалось много. Захватив расположенные на другом берегу гавани Неорий и Парфенон, русы сожгли или увели оттуда все суда и лодки. Но, к сожалению, большинство из них из-за больших размеров было нереально перетащить через пороги и волоки.
– Хорошо, что ты вовремя появился, а то Рогвальд уже велел нам продырявить днища у всех судов, – сообщил сопровождавший Светослава гаутский пятидесятник. – Смотри, выбирай, но только недолго, нам ведь еще надо выспаться перед завтрашним днем.
Сотник со своими воинами отобрали полтора десятка лодок, близких по размерам к руским ладьям, хотя и сильно сомневались, что все они смогут преодолеть днепровские пороги. Но выбирать дальше времени уже не было, так как начинало смеркаться.
– Все, заканчивайте, – поторапливал Светослав своих дружинников, суетящихся у ромейских судов. – Главное, чтобы лодки не текли и были весла.
Несмотря на все понукания сотника, отплыть из руского лагеря под Галатой отобранные ими суда смогли, только когда уже совсем стемнело и ночное небо усыпало бесчисленное количество ярких звезд.
«У нас такое небо бывает только в конце лета, – подумал с грустью Светослав, сидя за кормовым веслом на одной из лодок. – Далеко же мы опять заплыли от дома…»
А на следующий день в лучах восходящего солнца собравшиеся на крепостных стенах горожане с надеждой и затаенной радостью наблюдали, как сотни[172] варварских судов покидали окрестные воды Константинополя, направляясь по проливу Стенон в сторону Понта.
Русы уплывали, пугая столичных жителей грозными выкриками и ударами мечей о щиты. Так они одобряли наиболее удачные шутки и издевки над высокомерными ромеями, которые, вместо того чтобы с оружием в руках защищать родной город, предпочли откупиться.
А тем временем в соборе Святой Софии на утренней службе патриарх Фотий благодарил Богородицу и Господа за чудесное избавление всех христиан:
– …ныне и всегда и во веки. Аминь.