Ковальски со стоном поднял баллоны.
– Сделаем.
Но Палу колебался.
– Где туристы?
– Там, – указал вверх Грей. – Муж и жена.
– Я знаю эту тропу. Побросаем всё в туннели, а потом пойдем их искать.
Грей представил себе, как здесь будет бушевать огонь.
– Пять минут, – напомнил он великанам. – Через пять отрываете задницы от этого склона и убираетесь, потому что рванет не по-детски.
Когда они ушли, Грей обхватил рукой Эммета и перекинул безвольное тело через плечо. Ковальски подобрался к одной из колонн «дыма», отмахиваясь от ос, и бросил баллон в яму.
Палу последовал его примеру. Двое мужчин двинулись дальше в поисках подходящих мест.
Грей поднял свою ношу и пошел по тропе.
Сейхан направилась к мотоциклу.
Но едва Пирс сделал пару шагов, Эммет шевельнулся.
– Нет, подождите…
Грей остановился.
– Что?
– Там… еще… мальчик… Бенджи. – Эммет махнул рукой туда, где выскочил из леса. – Провалился в яму.
– Что ж, пойду поищу его, – Сейхан раздраженно вздохнула.
Грей колебался.
– Ступай. – Она нахмурилась и постучала пальцем по часам. – Я в курсе.
Сейхан пробиралась через плотный подлесок. Тело держали папоротники, шипы попытались сорвать жесткую синтетическую одежду, грязь засасывала резиновые сапоги.
Сейхан злилась. Ее терзало желание сорвать все это с себя, но она шла не по болоту, а вокруг жужжали не комары.
Ос с сетки на лице она смахивала, а более крупных, садящихся на руки и грудь, прихлопывала. У каждой ткани есть предел прочности. А еще Сейхан помнила, что добычу этих ос в прежние времена не спасала даже броня.
Достаточно было бросить взгляд через плечо, чтобы напомнить себе об опасности. Землю усеивали тела птичек; у некоторых еще дергались крылья. Справа над подлеском высились рога: та же судьба постигла пятнистого оленя. А то, что сперва показалось ей замшелым камнем, на самом деле было телом кабана; сверкнули желтые изгибы клыков.
Без дела осы не сидели.
Должным образом оценив опасность, Сейхан вытащила из кармана рюкзака фонарик. Она изо всех сил старалась как можно быстрее переходить от одного кольца «дыма» к другому.
Не хотелось бы здесь быть, когда все взорвется. Но Сейхан представляла себе ребенка, попавшего в ловушку огненных туннелей, и грудь сжималась. Чертовы родители, подвергли его опасности. Хотя, конечно, они не могли предвидеть эту ситуацию.
Она бросилась к следующей трещине, разгоняя нависающий над ней гудящий темный столб. Ткнула фонариком в щель. Луч высветил большое отверстие. Сейхан просунула фонарик дальше в туннель. Дно мелькнуло двенадцатью футами ниже.
Нигде никого, только осы.
Сейхан отвернулась, но когда луч метнулся по дальнему краю дыры, заметила небольшой отпечаток в грязи. Похоже, от кроссовки.
Вполголоса выругавшись, Сейхан вернулась к туннелю. С этой точки она видела лишь непосредственно то, что было внизу. Мальчик, испугавшись и запаниковав, мог пойти дальше. Стоило ему отодвинуться всего на несколько ярдов, и он уже исчезал из зоны видимости.
Прыгнуть вниз она могла хоть сейчас, но сперва следовало убедиться, что удастся выбраться. У Сейхан была с собой веревка, однако закреплять ее было слишком долго. Вместо этого она потянулась к поясу. Вчера вечером ее застали безоружной; сегодня Сейхан подготовилась как следует. Под одеждой в ножнах на запястьях скрывались кинжалы и метательные ножи. Для нынешней задачи она отцепила от пояса большой китайский секач. Выбрала бамбуковый стебель толщиной с запястье и с силой ударила. Поймала подрубленный стебель, затем опустила в отверстие.
Сейхан схватила гибкий зеленый шест и скользнула вниз. Ноги утонули в ковре из насекомых. Потревоженный рой энергично отреагировал на ее появление: осы отрывались от стен, из глубины туннеля летели новые.
Сейхан присела, водя фонариком по сторонам. И сквозь бурлящее облако увидела кусочек белой кожи и красную кроссовку.
Рукой в резиновой перчатке она схватила мальчика за лодыжку и потянула к себе. Некогда было проверять, жив ли он; она просто подняла маленькое тело, перекинула через плечо, ухватилась руками за шест и стала подниматься. Все было бы хорошо, но свежесрезанный побег бамбука качался и дергался. Сейхан ударилась боком о стену.
Внутренний таймер не останавливался.
Она снова начала восхождение.
Еще четыре фута.
А затем в боку огненным взрывом вспыхнула боль, и Сейхан скользнула вниз. Прежде чем снова достичь дна, она сжала пальцы, остановив падение. Стараясь не уронить мальчика, посмотрела на свой бок. И увидела треугольный разрыв.
Из разрыва, жужжа, выползала одна из больших рабочих ос.
Сейхан пронзила боль, взгляд заволокло слезами.
Она во все глаза смотрела вверх.
Она могла спастись, лишь оставив мальчика.
