Дорнан не очень внимательно слушал собеседника. Конечно, когда Даллара объявила о том, что дает прием в честь будущего короля, все представители эрнодарских Домов, находившиеся в столице, оказались обласканы приглашениями на него. Леди Игрен просто не могла быть настолько невежлива, чтобы забыть хотя бы о каком-нибудь захолустном Доме, представитель которого заехал в столицу на пару дней. И теперь Дорнан уже полчаса кружил по приемному залу, улыбаясь своим подданным и выслушивая от них многословные заверения в вечной преданности. Старшее поколение охотно припоминало и Майрита, совершенно не отдавая себе отчет в том, что боль от потери еще не утихла. Историю же о том, кто и как поддержал Дом Койр в борьбе за трон сорок три года назад, Дорнан выслушал уже в нескольких вариациях. По правде говоря, если бы в то время у его отца действительно было так много соратников, союз с Домом Стелл не понадобился бы вовсе — Майрита при любом раскладе усадили бы на трон, даже если бы он вдруг закапризничал и вздумал сопротивляться.
Когда Илиат ан’Болар, правивший Эрнодаром всего восемь лет, бездетным ушел на встречу с предками за пиршественным столом Отца — Неба, трон остался без прямого наследника. Двадцатидвухлетний Майрит, глава Дома Койр, и Гейрин Стелл, которому тогда было уже к шестидесяти, оказались на равном удалении от трона, причем оба приходились покойному Илиату родственниками по женской линии — такая связь не считалась слишком прочной. Знать некоторое время колебалась между молодым мужчиной без опыта правления и почти стариком, уже много лет возглавляющим свой Дом, но все же склонилась к Майриту. Обиженный Гейрин (или его обойденные наследники: Канару Стеллу тогда сравнялось девятнадцать, а Роэрану было пятнадцать, и они, несомненно, полагали отца достойным трона) едва не развязал гражданскую войну, но взошедший на престол Майрит сделал предложение его дочери — восемнадцатилетней Диноре. Брак был благополучно заключен, и главе Дома Стелл пришлось удовлетвориться тем, что когда-нибудь править Эрнодаром будут его внуки.
Теперь, конечно, каждый торопился заверить Дорнана, что именно он своими усилиями способствовал воцарению на престоле Дома Койр. Впрочем, возможно, когда-то его семья действительно имела значительный перевес перед дедом и дядьями по материнской линии. Но годы оказались немилостивы к этому могучему семейству: двое кузенов Майрита погибли в войнах; единственная сестра оказалась бесплодна и, узнав об этом, покончила с собой; три кузины вышли замуж в другие Дома; а остальных так или иначе прибрала старость или болезни. В результате через сорок три года после того, как к их фамилии стали приписывать королевское «ан», от всего Дома остались только двое — король и его наследник, задержавшийся в Тейллере. А теперь и вовсе только один…
— …Я всегда с радостью получал вести об успехах государя, ваше величество, — продолжал бубнить о чем-то своем бодрый глава небольшого Дома, даже не замечая, что мысли собеседника бродят где-то далеко от него. — Для нас его безвременная кончина стала настоящим шоком, поверьте!
— Разумеется, дорогой лорд Софан, разумеется, — прожурчало откуда-то из-за спины, и Дорнан резко повернулся, по привычке потянувшись рукой к отсутствующему в парадном костюме мечу.
Заметившая его движение Даллара Игрен лукаво улыбнулась — ее забавляли его рыцарские привычки, которые она рекомендовала как можно скорее сменить королевскими. Хозяйка приема выглядела блестяще: переливающееся алое платье, безупречно уложенные волосы, крупные рубины, рассыпанные по одеянию. Даллара носила на себе небольшое состояние, которое могло бы с легкостью прокормить не слишком обширный Дом со скромными запросами в течение нескольких лет. Несмотря на то, что она не могла возглавлять род своего мужа после его кончины, никто не сомневался, что всем здесь управляет именно она. Номинальный наследник ее мужа — какой-то дальний племянник лорда — камергера, лорд Пейлевар Игрен, в обычное время вполне комфортно обитающий где-то вдали от столицы и не особо рвущийся делать карьеру при дворе, не вмешивался в жизнь приближенной ко двору родственницы, позволяя ей полновластно царить в столичной резиденции Дома Игрен.
— Боюсь, Софан, мне придется похитить у вас его величество, — женщина посмотрела на представителя Дома Тейр с притворным сожалением. — Слишком многие из нас желают сказать ему несколько слов, чтобы он был волен посвятить свой вечер кому-то одному.
Занудный глава, мучительно покраснев, тут же рассыпался в неловких извинениях и невнятных заверениях в вечной преданности Дорнану и прекрасной хозяйке приема. Даже не дослушав его, Даллара решительно подхватила Койра под руку и увлекла за собой подальше от говорливого представителя Дома Тейр. Правда, Дорнан был не уверен, что предпочел бы ее общество пожилому Софану.
— От таких пустомель нужно избавляться как можно быстрее, — вполголоса произнесла она, напоследок через плечо улыбаясь оставшемуся в растерянности Тейру. — Ничего, эту науку ты быстро освоишь.
