Жизнь англичанки Каролины дала трещину: карьера не заладилась, муж-модельер переметнулся к американской поп-диве, забрав у нее сына, и в довершение всего умерла нежно любимая двоюродная бабушка Летти. Разбирая вещи покойной, Каролина обнаруживает среди них связку загадочных ключей и рисунки с видами Венеции. Что связывало Летти, казалось бы, убежденную старую деву, с «городом влюбленных»? Каролина решает предпринять поездку в Италию и мгновенно оказывается втянутой в таинственный и романтический «квест». Шаг за шагом перед Каролиной раскрывается бурное прошлое Летти, ее большая любовь, горечь утрат, полная опасностей шпионская деятельность в тылу врага во время Второй мировой. Поиски сводят Каролину с весьма обаятельным графом, и поначалу трудно понять, друг он ей или враг. 16+
Эта книга посвящается моей дорогой подруге и непревзойденному регенту Энн Вайс.
Пение в ее хоре стало одним из самых значительных переживаний моей жизни. Энн не только обладает ангельским голосом, у нее еще и роман с Венецией, и я надеюсь, ее порадует новая встреча с этим городом на страницах моей книги.
В далеком 1938 году юная англичанка Летти впервые приезжает в Венецию на экскурсию, и дни, проведенные на старинных набережных, так переворачивают жизнь девушки, что ее судьба на годы сплетается с этим прекрасным городом. В суровые годы Второй мировой Летти вернётся в Италию и найдёт здесь преданных друзей и настоящую любовь. Увы, путь к счастью часто оказывается тернистым…
А полвека спустя Венецию посещает двоюродная внучка Летти, Каролина. Молодая женщина везет с собой три старинных ключа — к сожалению, перед смертью бабушка не успела открыть их тайну. Каролине придется самой восстанавливать цепочку давно минувших событий, оказавшись при этом в водовороте удивительных и весьма необычных происшествий. Удастся ли Каролине обрести в Венеции то, что не удалось ее двоюродной бабушке?
Две эпохи, две женские судьбы, головокружительное хитросплетение прошлого и настоящего на фоне Венеции — уникального по красоте «города влюбленных».
— Я пришел не только попрощаться с вами, у меня есть еще один, скрытый мотив. Не желаете ли послужить своей стране?
Вид у меня стал удивленный, а он тем временем продолжал:
— Все, что я буду говорить дальше, совершенно секретно, и вам придется подписать документ о неразглашении. — Он полез в карман и положил на стол листок бумаги. — Готовы это сделать?
— Прямо так, не зная, чем это может грозить?
— Боюсь, что да. По законам военного времени.
Я немного поколебалась, не сводя с него глаз, потом подошла к столу.
— Наверно, если я подпишу, ничего страшного не случится. Я ведь все равно смогу не принять ваше предложение?
— О, совершенно верно. — Голос мистера Синклера звучал как-то слишком жизнерадостно.
— Тогда ладно.
Я проглядела документ, отметив, что нарушение секретности может привести к тюремному заключению или даже к смертной казни. Это отнюдь не обнадеживало, но я все равно подписала. Мой гость забрал листок и сунул его обратно в карман пиджака.
— У вас отсюда замечательный вид, мисс Браунинг, — сказал он.
— Знаю. Мне он тоже нравится.
— Насколько я понимаю, эта квартира принадлежит вам.
— Похоже, вам многое обо мне известно, — усмехнулась я.
— Так и есть. Нам пришлось покопаться в вашей биографии, прежде чем обратиться с этим предложением.
— И с каким же именно?
В кухонной нише громко засвистел закипевший чайник, заставив меня броситься к плите, пока этот звук не разбудил Анджело. Я заварила чай и вернулась в гостиную.
— У вас здесь отличное место для наблюдения за гаванью. Вы же в курсе, что тут стоят итальянские военные корабли? А теперь и немецкий флот может получить разрешение устроить здесь базу для нападения на Грецию, Кипр и Мальту. Нам бы хотелось ежедневно получать от вас отчеты об их передвижении. Если они покинут порт, вы дадите знак, и мы пошлем им наперехват самолеты.
— А что за знак? Вы оставите кого-нибудь для связи?
— Нет. — Он слегка покраснел. — Но мы пришлем рацию. Ее спрячут так, чтобы никто больше о ней не знал. Не пользуйтесь ею, когда эта ваша домработница будет тут, ей нельзя видеть рацию. Это понятно?
— Конечно, хотя она особым умом не блещет. Ей, наверно, даже не сообразить, что это такое.
— И тем не менее, — он предупреждающе погрозил мне пальцем. — Выходить в эфир нужно, как только вы заметите в гавани какую-то активность, чем скорее, тем лучше.
— А с кем придется связываться? И что говорить?
— Терпение, многоуважаемая леди. Постепенно все станет ясно.
Я вернулась в кухню, налила чай в две чашки и отнесла их на подносе туда, где мы расположились. Мистер Синклер сделал глоток и испустил вздох удовлетворения.
— Ах, у вас чай с настоящим вкусом. Вот чему я порадуюсь, вернувшись домой.
В ожидании я тоже пригубила чашку. Он тем временем поставил свою на стол.
— Азбуку Морзе знаете?
— Боюсь, что нет.
— Вам принесут брошюру. Выучите морзянку как можно скорее. Вместе с рацией вы получите шифровальную книгу. Ее нужно будет спрятать отдельно, в таком месте, где никто и не подумает искать. Ваши сообщения будут зашифрованы. Допустим, вы увидите два эсминца, а напишите, например: «бабушке сегодня что-то нездоровится».
— А если немцы расшифруют код?
