Ночью, после просмотра оперы Гольдони, он просыпается от другого звука, менее городского и более приземленного. Встав с кровати, он голышом подходит к окну. В нескольких метрах от него, в квартире на втором этаже, какая-то пара занимается любовью при свечах. Он их прекрасно видит через распахнутое окно, забранное решеткой. Они двигаются нежно, осторожно, но основательно. Валентин стоит и глядит на них до тех пор, пока их движения не начинают замедляться. Наконец они практически замирают, держа друг друга в объятиях, все еще продолжая двигаться в полудреме.
Когда-то нечто подобное происходило у Валентина с Мимосиной.
Валентин пятится от окна и садится на холодную постель. Оттуда он смотрит на ветви садовых деревьев, колыхающиеся на ветру. Сад большой. В нем много кустарников, источающих прелестные ароматы, и несколько кипарисов.
Днем мускусный запах мертвых розовых бутонов щекочет его обоняние. Здесь все пахнет летом. Даже теперь, среди зимы, предрассветные трели птиц ласкают слух. Привычный шум доносится из обветшалого павильона, расположенного в дальнем углу. Смергетто, криво ухмыльнувшись, обозвал его Храмом кошачьей любви.
Бабочки наполняют этот сад даже в холодные месяцы. Они сотнями порхают среди верхушек деревьев. Валентин подумывает наловить их целую комнату. Когда он отыщет Мимосину, он приведет ее туда, чтобы миллион крылышек гладили ее, прежде чем он прикоснется к ней. Он тут же отбрасывает эту мысль. Он здесь, чтобы отомстить за Тома и уладить дела по поводу эликсира. Валентин засыпает с мыслью об эликсире.
Несколько секунд спустя он просыпается от громкого стука. Он мгновенно оказывается на ногах, держа в руке кинжал и готовый броситься в атаку. Стук продолжается, он распахивает дверь и не находит там никого. Все еще плохо соображающий после сна и совершенно голый, он сбегает по лестнице в сад. Стук, кажется, доносится снаружи.
Когда он выбегает в сад, то видит, что земля покрыта блестящими камнями, похожими на бриллианты, которыми он осыпал Мимосину.
Валентин машет кинжалом, но не поражает никого, кроме маленьких камешков, сыплющихся сверху.
Кто-то атакует его с помощью этих маленьких снарядов. Они приземляются на его покрытые гусиной кожей руки и шею, где тут же начинают таять.
Его глаза привыкают к темноте. И тут к нему приходит понимание. Здесь нет врага. Это еще один венецианский феномен. Город засыпает градом, которого Валентин никогда прежде не видел.
На этот раз с неба падают не обычные кусочки льда, а большие остроконечные ледышки. Они похожи на наконечники стрел или на маленькие кинжалы.
Валентин поднимает взгляд, чтобы увидеть, не следят ли за ним. По всей видимости, в здании проснулся лишь он один. Он поворачивается, чтобы взглянуть на окно любовников. В нем тоже темно.
Теперь, когда шок прошел, холод льда начинает жечь кожу. Он заходит в дом и поднимается по ступенькам, надеясь, что никто его не заметил.
Войдя в комнату, он замечает две темных струйки крови на груди. Пара градин распорола ему кожу.
С приходом утра он оплакивает последствия града. Весь сад усыпан трупами несчастных бабочек.
Пара любовников из дома напротив занимает его мысли.
Днем он развлекается тем, что поносит их союз. Он говорит себе, что перед ним еще одна коммерческая сделка, такая характерная для этого города, в котором все покупается и продается. Ее томные вздохи и его героические позы, определенно, оплачены.
На следующую ночь он снова глядит в окно и видит ту же парочку за тем же занятием. Он вынужден признать, что между ними явно присутствует страсть, а также любопытство, что заставляет его заключить, что они настоящие любовники. Они игривы и гибки, но взгляды, которыми они обмениваются, глубоки. Он дважды видел, как мужчина пускал слезу при виде бедер любимой, а однажды девушка нежно поцеловала закрытые глаза спящего любовника.
Теперь каждую ночь Валентин сидит у окна и наблюдает за ними. Да, он завидует, но ему это также помогает. Невероятный оптимизм Валентина Грейтрейкса снова овладел им, несмотря на все обстоятельства, несмотря на тишину и необъяснимое отсутствие Мимосины Дольчеццы. Каждую ночь он видит то, что у него снова будет с Мимосиной. Он желает этой паре добра. Он много о них думает. Когда они засыпают, он долго наблюдает за ними, желая убедиться, что ничего дурного не случится.
Он даже решает сделать им подарок, поскольку не может ничего подарить Мимосине. Он заставляет близнецов наловить уцелевших бабочек у него в саду и не может удержаться от улыбки, наблюдая за их потугами. Смех идет ему на пользу. Когда наконец в коробке трепыхается дюжина маленьких насекомых, он помещает их в большую стеклянную банку, украшенную купидонами, в крышке которой имеется несколько отверстий для того, чтобы бабочки не задохнулись.
На следующее утро он оставляет банку возле двери дома, где живут его соседи-любовники. Он не знает, найдут ли они его подарок.
Для него достаточно просто сделать этот дар.
