– Если вы не возражаете, я бы хотел прямо сейчас и покончить с этим делом, – стоял на своем Руслан. – А то мало ли что потом случится. И раз уж мы все равно рядом с вашим домом, то не могли бы мы к вам зайти?
– Ну ладно, – нехотя кивнула Аня. – Тогда пошли, что ли?
Дома у Петра оказалось не то чтобы совсем уж бедно, но довольно скромно.
– Простите, а та квартира, в которой жила ваша бывшая жена, она чья? – полюбопытствовала Мариша.
– Вы имеете в виду, когда она была приобретена и на чье имя? – переспросил у нее Петр. – Нинель купила ее сразу же после взлета ее карьеры. Честно говоря, я думаю, что ей подарил ее кто-то из ее любовников. Поэтому хотя квартира и была приобретена Нинель еще в то время, когда мы состояли с ней в браке, но моих денег в покупке той квартиры нет. А это, – обвел Петр небольшое пространство хрущевской «двушки», – осталось мне от родителей. После разрыва с Нинель я вернулся сюда.
Тем временем Руслан маячил над Аней, пока та искала в записной книжке телефон и адрес своей знакомой. В конце концов ей это удалось, и Руслан отстал от нее. И они покинули супругов, которые принялись ссориться, стоило за гостями захлопнуться двери.
– Чего ты к ней с этим адресом прицепился? – спросила у Руслана Мариша. – Ясно же, что она не стала бы так глупо врать.
– Никогда не знаешь, – ответил Руслан. – Эта Аня не показалась мне особенно умной женщиной.
– Почему? – поинтересовалась Мариша.
Ей тоже показалось, что Аня не семи пядей во лбу, но Марише хотелось услышать, отличается ли ее собственная оценка от мужской.
– Ни одна умная женщина не станет так беспардонно себя вести с собственным мужем, – сказал Руслан. – Скандалы, истерики – это же верный способ совершенно отвратить мужчину от себя. Слезы – очень сильное женское оружие. И нельзя его растрачивать по пустякам.
И пока Мариша тщательно запоминала эту нехитрую истину, Руслан продолжил:
– Я так настойчиво допытывался у Ани адрес и телефон ее знакомой, исключительно с целью заглянуть в ее записную книжку и увидеть ее почерк. Мне показалось, что анонимные письма с угрозами в адрес соперницы – это вполне в духе Ани. Истерички вроде нее вполне способны накорябать в адрес своей врагини злобное послание или даже целую серию. На большее-то у них духу не хватает, а на мелкую пакость – вполне.
– И что?
– Почерк не ее, – покачал головой Руслан.
– Она могла бы попросить кого-то написать за нее, – сказала Мариша. – Но думаю, что писала не она.
– Как знать. Похоже, она совсем спятила от ревности. И в самом деле ненавидела Нинель. Могла написать эти письма, чтобы испортить той личную жизнь или хотя бы отравить ее.
– Какой бы дурой ты ее ни считал, но Аня должна была сообразить: если Нинель убоится угроз анонимного автора и в самом деле отстанет от своего банкира, то вполне может и в самом деле снова захотеть вернуть себе бывшего мужа, – возразила ему Мариша. – А это была бы уже прямая угроза благополучию милой Анечки.
Руслан насупился и промолчал. Как и все мужчины, он терпеть не мог оказываться в чем-то неправым.
– Итак, беседа с Аней и бывшим мужем Нинель ничего нам не дала, – сказала Мариша.
– Кроме того, что мы узнали, что слава, успех и богатство пришли к Нинель всего пять лет назад, – возразил Руслан. – До того, как она стала любовницей Климентия, она ничего собой не представляла.
– Да, это интересный факт, – заметила Мариша. – А что там сказал насчет этого Петр, что она задумала подать на развод с ним, вернувшись от сестры? А следом за этим ей предложили отличную роль, о ней стали взахлеб писать все газеты, ее стали приглашать на интервью пресса и телевидение.
– И все это пахнет большими деньгами, которые кто-то вложил в Нинель, – сказал Руслан.
– Кто-то – это Климентий, – предположила Мариша. – Тем более что и он появился у Нинель примерно в то же время.
– Но где они познакомились? Не у сестры же в деревне? – пожал плечами Руслан. – Наверное, Нинель обманывала своего простака мужа. Сказала ему, что едет навестить сестру, а сама смылась с любовником на курорт.
– И так его там очаровала, что по приезде он был уже готов вложить в ее раскрутку огромные деньги, – закончила Мариша и скептически фыркнула.
Что-то в этой истории с внезапно проснувшейся у Климентия страстью к не слишком интересной внешне Нинель, которая к тому же была весьма посредственной актрисой, не устраивало Маришу. Не мог такой человек, как Климентий, вот так взять и влюбиться в Нинель. Не мог, и все тут! Но между тем он тратил на нее огромные суммы денег. Зачем, если он ее не любил? И Мариша решила, что сразу же поговорит об этом с Нюрой.
Но обычно словоохотливая женщина словно воды в рот набрала.
– Ничего не знаю, – твердила она словно попугай. – Сестра со мной своими делами не делилась. Знаю, что был у нее этот банкир. Что любил мою сестру без памяти. Карьеру ей сделал, квартиру эту подарил, вообще всегда поддерживал.
А когда Мариша попыталась настаивать, женщина на нее разозлилась.
– Чего тебе, больше всех надо? – закричала Нюрка. – Завидно тебе, что банкир этот в Нинку влюбился? Чего ты все у меня о нем выспрашиваешь?
