– Мы ещё на «Вивилоне» познакомились, - улыбнулся Уильям, - она тогда скрывалась… Пришла пересидеть до своего рейса. Колония тогда казалась местом неприкосновенным…
– Там же пси-копы шныряли то и дело, зубами на колонию клацали, уж на что к ним никто попадать не хочет, а меня б они просто устранили, будто и не было никакой Мисси… Вот я и пришла туда. Я, конечно, понимала, где они и где я… Но они меня приняли.
– Тот, кто спасается от Пси-Корпуса – нам брат, - кивнул Уильям, - Мисси никому никогда не причиняла вреда. Ею двигали не дурные намеренья, только любопытство и незнание. Сейчас уже все знают, что Прах был изобретением Пси-Корпуса, вышедшим из-под его контроля.
Мисси улыбалась, глаза её затуманили воспоминания. В этот момент её лицо стало неожиданно живым, даже юношески свежим, вдохновенным.
– Когда вышел он… Я, честно, так и обомлела, когда его увидела. Вот, думаю, до чего красивые бывают… То есть, это даже не просто «красивый» было… Красивых-то мало ли… А это… руки целовать – вот… Я сразу себе сказала: «Это мой лидер, это мой бог». Я тогда не всегда помнила, что они-то все меня тоже слышат… Он улыбнулся и сказал: «Здесь тебя не обидят, Мисси». Я сказала, что пару дней только пробуду, до рейса на Дакоту… Что обузой не буду, деньги есть, и вообще помогать буду – посуду там, пол мыть… Я, вообще, как увидела его – так на самом-то деле мне куда-то улетать резко расхотелось. Я б всю оставшуюся жизнь лучше для него пол мыла… Я как-то такое определение любви слышала, тогда не поняла: «Если б он объявил войну всему миру – я б стояла рядом и подавала патроны». Это, конечно, не совсем про то… Просто… видеть его… Слышать его слова, да ещё и его мысли… Я просто понимала – они смотрят на него так же. И чувствовала себя частью целого. Никогда до этого такого в моей жизни не было.
Винтари пристально смотрел в лицо Андо. Это ведь она о его отце говорит. Что он чувствует в этой связи? Похоже, ревность? Ну, если задуматься, не так плохо. Значит, что-то человеческое в нём всё же есть…
– Один раз, поздно вечером, он сидел у себя в закутке один… У них там такое кресло было… старинное вроде как, не знаю, откуда притащили… Я зашла принести свежее бельё, бросила на него взгляд… Эти пальцы на подлокотнике… Тогда вот я подумала… не только о том, чтоб целовать эти руки… О том, чтоб лечь с ним в постель… Потом одёрнула себя: ну не наглею ли? Он ведь может меня услышать, не только он… А он обернулся и сказал: «Здесь нет полиции мысли, Мисси. Каждый волен думать о том, о чём думается». Он подозвал меня… Блин, я раньше не знала, что оргазм может быть от одного поцелуя. Я до сих помню запах его кожи, волос… Кажется, он весь пах… добротой… Состоял из неё… Потом я, конечно, улетела. Я не собиралась их собой нагружать, хотя они не против были, чтоб я осталась. Но в то же время беспокоились за меня – если их поймают пси-копы, у них-то, может, и будут ещё шансы сбежать, их-то убивать не хотели… Хотя уже улетая, жалела – да лучше б осталась, ну и убили бы, так ли уж она нужна, жизнь, сама по себе…
– А потом решилась прилететь на Минбар?
Мисси рассеянно теребила край рейнджерской мантии.
– Не сама… То есть… Я тогда шлялась с Эшем, отвязный был чувак, местами так полный псих, иногда я даже его побаивалась, хотя меня он ни разу пальцем не тронул… Вот раз обломилось нам много бабла… Ну, больше ему, чем мне, но моя доля тоже была. Ну так вот, думали мы, что делать будем, куда рвануть. Больше он думал, в смысле, а я услышала, что у одного хмыря там Прах есть… Ну и вот решила… Под Прахом я их и услышала. Они уже месяц там сидели, двадцать человек, двое совсем дети… Слышали, что на Минбаре тайную колонию создали, тоже туда хотели, да ни денег, ни транспорта, и пси-копы по пятам… Ну, вышла я на них, поговорила с ними… Узнала, что на «Вавилоне» случилось… До нас же новости почти и не долетали… Потом пошла к Эшу, потребовала свою часть, поругались мы малость… Наняла развалюху, которой всё равно было, по дороге к чему развалиться… И привезла их на Минбар.
– Мисси спасла их всех. Мы потом узнали, пси-копы нагрянули туда через день, перерыли всё… Никто, конечно, ничего им не сказал…
– У нас своих не сдают, - хихикнула Мисси, - даже таких, как я, какую бы фигню они ни творили… Эш, говорят, их прямым текстом послал… Может, и сканировали они его, да вряд ли чего выудили, я в подробности-то ни с кем не вдавалась.
– Из Ледяного города выдачи нет. И Мисси мы оставили. Вероника очень привязалась к ней, говорила, что если б не Мисси – она б живой не долетела. Мисси ей лекарства по часам давала, капельницы ставила… Места, что ли, во льдах мало? Мисси наша. Она не родилась телепатом, да и сейчас им не стала, но она в одной лодке с нами спасалась, при чём не просто сидела, а гребла. Заслужила.
– Согласна, - кивнула Ада, - родилась – не родилась, стала – не стала, а тех дракхов… Я никогда не забуду… А там, в Ледяном городе, ты, Мисси, тоже рукоделием занимаешься?
