– Помнишь, меня неделю назад вызывали в колонию Кита? Мне сказали, там есть нечто, что… нужно увидеть именно мне. Я была, мягко говоря, озадачена, но всякое ведь бывает. Ты, может быть, помнишь, слышал, что через Кита проходили маршруты эвакуации во время войны с Пси-Корпусом? Её нашли на одной из покинутых баз Пси-Корпуса. В нижних, подвальных помещениях, где у них были… лаборатории. Там всё было разворочено взрывом, и доступ к нижним этажам был запечатан намертво, потому, видимо, их и не забрали при бегстве корпусовские – просто не смогли, не успели туда пробраться. Её и ещё семерых выживших выкопали оттуда спустя семь дней, чудо, что они уцелели. Да, чудо… те, кто был ближе к обвалам, погибли, и сдаётся мне, им больше повезло. Все эти люди… Тех, остальных, смогли идентифицировать. Это были подпольщики, бойцы Сопротивления, отловленные агентами Корпуса и… Думаю, ты представляешь себе, во что они превратились. Трое умерли вскоре. Четверых забрали родственники, друзья – кто-то, кто мог о них позаботиться. Её не забрал никто – никто не смог установить, кто она такая, все файлы базы были уничтожены. Она сама… тем более не смогла помочь. Меня предупредили, что она совершенно слепа, и полностью утратила рассудок. Она не говорила ни слова, только иногда кричала. Думали, что говорить она и не способна. Но однажды при ней кто-то произнёс имя Сьюзен… Кажется, так звали одну из сиделок. Она закричала: «Сьюзен, да, Сьюзен!» - это единственное, что от неё слышали с тех пор… членораздельного, то есть… Но не общаясь речью, она общалась по-другому. Говорили, с ней рядом с самого начала было тяжело находиться, она посылала в мысли присутствовавших совершенно невообразимые кошмары. И вот однажды, очередной сиделке, она послала мой образ… Сиделка узнала меня, и связалась с анлашок. Джон, когда я её увидела… Когда я подошла к ней… Она вцепилась в меня мёртвой хваткой, я поняла, что без неё уехать не смогу, просто не получится. Все, в общем-то, хотели того же – там не могли ей помочь. «То, что с ней сделали, у нас не умеют лечить. Может быть, на Минбаре ей помогут». Джон, это был сложный выбор, но я не колебалась. Я должна сделать всё, чтобы помочь ей, моей Таллии.
Шеридан снова посмотрел на женщину – теперь он разглядел её лучше. Незрячие глаза смотрели безумным, страшным взглядом. Что ни говори, человек никогда не бывает готов к встрече с призраками прошлого, тем более - с такими. Из всех воскресений из мёртвых это - одно из самых кошмарных.
– Сьюзен, то, что тогда произошло…
– Сьюзен! – простонала женщина.
– Я здесь, милая, всё хорошо, - Иванова шагнула к женщине, погладила её по сухим седым волосам, та вцепилась в её мантию и уткнулась в её колени, - я помню, Джон. Это не её вина. То, как с ней поступили… Мы все залечили раны тех лет, насколько смогли. Пора бы сделать то же и для неё.
– Я знаю, Сьюзен. Я понимаю тебя. Но… возможно ли это? Я знаю, что если человек верит во что-то – преступно отнимать у него эту веру… Но если все твои усилия будут напрасны… Не убьёт ли это тебя?
– Я буду делать столько, сколько потребуется. Я её слышу, Джон. Я всё время её слышу. Это впервые, когда я так кого-то слышу, после мамы. Дети не в счёт… Я её вытащу. Клянусь. Чего бы мне это ни стоило, вытащу.
