Винтари вспоминал, как сперва робел, заходя в этот кабинет… Нет, он и сейчас робел, но по-другому. Всё здесь стало до странности родным и… Если раньше эти стены, эти стеллажи, эти голографические проекторы и сам льющийся в окна свет как бы спрашивали его: «Что ты здесь делаешь?», то теперь как бы говорили: «Пришёл дело делать? Смотри, делай хорошо!» У него было за этим столом своё место, у него был свой голос в этом собрании…
– Сейчас в верхах, надо думать, будет традиционная неразбериха и делёж власти, со сведением счётов и припоминанием старых заслуг и обид. Что позволит нам, надеюсь, многое успеть, пока их внимание направлено на другое.
– Смотря чьё – их. Если они убрали Моллари, пронюхав про его сговор с Джани…
– Это ещё не факт. Император болел не первый год, его смерть сейчас могла быть и совпадением. Проблемы с малым сердцем у него были ещё на «Вавилоне»… А Джани могли обвинить, допустим, в его отравлении просто по старой доброй традиции, им для этого никакая логика и не нужна…
– Печально, если он за это время не смог организовать хорошую агентурную сеть… Нельзя не сказать, они работают быстро… Сможет ли Арвини вывезти ещё кого-то с Центавра, как того хотел Джани? Думаю, мы узнаем больше после официального заявления…
Рикардо повернулся к Винтари:
– Кстати, ваше высочество, разве, в создавшейся ситуации, вам не логично быть на Центавре?
– Да-да, передо мной сейчас стоит та же проблема, что и перед семейством Джани – как поделикатнее отмазаться. Видите ли – конечно, логично, что я полечу туда и приму участие в грызне за власть. Ещё более логично, что под этим предлогом я смог бы осуществить кое-какую разведку… Вот только я не настолько наивен, чтоб полагать, что силы, грозившие смертью Амине Джани, выпустят живым автора книги о рейнджерах. Что бы мне придумать? Заболеть, посвататься к Тжи’Ла?
Шеридан улыбнулся:
– Официального заявления пока не было, официально вы и не знаете о кончине императора. Да кстати, и не факт, что официальное заявление вообще будет, учитывая нынешнюю общительность Центавра. Если б не хоть какие-то сохранившиеся торговые связи, мы б запросто могли не узнать, даже если б они вымерли всей планетой. Ну, а если преемником Моллари изберут вас…
– Надеюсь, что нет…
– …То вас и тут найдут. Ведь Моллари о его избрании сообщили, когда он был на «Вавилоне».
Официальное заявление последовало через три дня. Вир Котто объявил, что император Моллари был найден скончавшимся вместе со своим телохранителем Г’Каром. После пышных похорон и траура совет министров объявит, кто станет новым императором.
– Пышных похорон? Интересно, они и Г’Кара собрались хоронить на Центавре? Часом, не в одной могиле похоронят? Или всё же свяжутся с его семьёй? Это, возможно, позволило бы нам заслать соглядатаев…
Шеридан погасил экран.
– Не знаю. Но скоро сюда прибывает наследник Г’Кара…
Не всякой короткой обыденной фразой можно поразить слушателей так.
– У Г’Кара был наследник?
– Я сам в шоке. Семья Г’Кара была убита во время второй центаврианской оккупации и другой у него, насколько я знаю, не было. Но утром мне звонила На’Тот с повелением встретить сына Г’Кара. Дату и подробности обещала позже.
– Загадочно… Хотя, если он скрывал сына – я вполне понимаю мотивы, которые могли его на это побудить. Но теперь-то бедному парню точно не избежать общественного внимания…
Ночью Винтари долго не спалось. Он думал обо всём сразу – о происходящем на Центавре, о их новом «заговоре света», о надвигающемся шестнадцатилетии Дэвида… Минимальная возрастная граница для приёма в анлашок достаточно размыта, ввиду разных порогов совершеннолетия в разных мирах. Не вступит ли он в их ряды сразу после дня рождения? Конечно, он сможет навещать его в Эйякьяне, но… Кто знает, что ждёт их впереди, может быть, война с неведомым врагом за освобождение Центавра… Если так, им придётся расстаться – он должен быть в авангарде… А может, ему тоже вступить в анлашок? В этой ситуации уже ничто не было бы слишком диким…
Но ему ведь снова снились сны, которые он склонен был считать вещими – он в рубке огромного центаврианского крейсера, он капитан этого корабля… Сложно было сказать, вёл ли он за собой огромный флот, или же крейсер этот был в составе флота, ведомого кем-то другим, но было ощущение, что никого нет впереди, что великая миссия лежит именно на его плечах…
Что ждало его, по сюжету этого сна – праведная война или неправедная? Может быть, на бой с дракхами он вёл этот корабль?
«Прошу тебя… молю тебя… Будь со мной как можно дольше, позволь мне впитать это солнце. Не дай мне свернуть с правильного пути…»
