В самом конце вышла к его гробу и я с баскетбольным мячом в руках, который прятала всю церемонию под сидением, но уже без слов, а затем положила его на белую пустующую простынь рядом и впервые за много лет наконец смогла разглядеть его, но уже мраморного.
Где-то в горящей строки с лучшими баскетболистами мира вы заметите мальчика с длинным волосами и горящими голубыми глазами, доставшимися ему от отца, который его бросил, — это будет мой давний друг Вильгельм, владеющий мячом лучше, чем программисты — клавиатурой.
Тогда у гроба я снова закрыла глаза на секунду, как мы договаривались в больнице, но вслед Винни не открыл свои — застыл во мгновении.
