Кстати, больше не ругаю себя за этого. Да, нам придется скрываться какое-то время, но потом — гори все огнем! Он как-то сумел выбить эту дурь про запреты из моей головы. Хотя я знаю, как и чем он ее выбил.
Вил хорошо, очень хорош. Он так чувствует мое тело, будто мы были созданы друг для друга. Мы еле расстались на выходных, я все же послушно села за руль на обратном пути из леса наслаждений, как мы теперь его называем, и даже делала вид, что внимаю всем инструкциям учителя вождения. А потом мы совсем уж как подростки целовались до одурения в машине у дома. А потом… в общем, не будем об этом.
Мы подходим друг другу, как ключ и замок, как шестереночки, как попугайчики-неразлучники, как….
—Доброе утро, Виолетта, в столовую идешь?— в коридоре мне встречается Роман и вырывает меня из блаженных мыслей.
—Привет, Ром,— кидаю на ходу небрежно, —Да, пока пауза нужно успеть перекусить.
—Не против, если я составлю тебе компанию?— спрашивает он снова чисто формально, и пристраивается рядом. —На свидания же ты не соглашаешься, на сообщения не отвечаешь, — улыбается хитро.
—Зато не против совместного поедания пирожков с капустой, — выкручиваюсь. Оставляю без внимания тот факт, что фотографии с его пиджаками, а затем и с брюками остались без моего внимания.
В столовой пахнет по-домашнему: ароматы ванильной выпечки витают в воздухе, прямо как в детстве у бабули.
—Я думал, ты пошутила насчет пирожков, Виолетта, побереги свой желудок, — Роман оценивающе пробегается по моему подносу с двумя пирожками, пухлой ватрушкой и раскаленным как лава черным чаем из кастрюли.
Разве я спрашивала его насчет моего питания? Да, я на хлебной диете, но я не нуждаюсь в комментариях на этот счет.
—От голода и не на такое набросишься, — отвечаю расплывчато, глядя, как Роман берет овощной салат и воду без газа, не желая вступать в дискуссии.
Я в приподнятом настроении, за окном моя любимая туманная дождливая погода, на парах в последнее время полный порядок, а в телефоне пиликают уведомления от Вилли. Никому не позволю испортить мое потрясающее настроение. —Понимаю! Главное, партнеров себе так не выбирать, — его губы тронуты усмешкой, —С голоду на кого попало не набрасываться. Так что, пирожки не так уж и страшно, — подмигивает мне, и берет свой поднос.
Пару мгновений, отходя от услышанного, застреваю с подносом у кассы, тормозя голодных студентов. Что он только что сказал? Это намек?
—Шутка, Виолетта! Это юмор! — оборачивается ко мне Рома. —Присядем поодаль, чтобы не среди студентов.
Безвольно волочу ноги за Ромой, потому что странно будет сруливать прямо сейчас, и при том — некуда, все столы заняты либо коллегами, либо учащимися. Успокаиваю подскачившую тревожность. ОН просто ляпнул и ничего не имел в виду.
—Как работа? — решаю занять его рот разговорами о себе.
—Сегодня встреча с первым курсом, там родители недовольны работой куратора, надо разобраться. А на прошлой неделе отчислил троих студентов, которые нагло прогуливали, но жалостливые учителя прикрывали их, рисуя рейтинги, — он отпивает воду, пристально глядя на меня. —У тебя нет злостных прогульщиков?
—Есть не очень злостные, все в рамках регламента, — отвечаю повседневным тоном.
Хотя мои внутренности скручивает тугим жгутом. Будто он дознаватель и применяет ко мне какой-то магический ритуал допроса, а я корчусь в страданиях, не желая сознаваться. Так, Виолетта, ты эе где-то там внутри та еще стерва, соберись.
—А как успехи с сигнализацией? Прекратились проникновения? — не даю Роману даже воздуха вздохнуть, чтобы снова не перевести стрелки на меня.
—Знаешь, к счастью — да, будто бы нарушитель больше тут и не бывает, — смотрит на меня с подозрением. —У тебя спокойно на вечерних занятиях?
—Да, все хорошо, в универе очень безопасно, охрана рядом, ребята все свои, — пожимаю плечами.
—А вот одна девушка с вашего курса заходила ко мне, Милена, кажется, — Рома откидывается на спинку столовского стула, — Говорила, что незарегистрированные на курс студенты ходят по коридорам вечерами.
С трудом сдерживаю подступающее волнение. Вот сучка! Ходит улыбается мне. Она что, рассказала ему?
—Надо же…, — кусок пирожка кирпичом проваливается в желудок. —И кто же?
—Виолетта, я понимаю, что ты неопытный и молодой преподаватель, и некоторые студенты могут пытаться доставать тебя, манипулировать…, — он складывает локти на стол и придвигается ближе.
Это я неопытная? Начинаю закипать. Окейййййй! У нас с тобой отменяются не только танцы на балу, но, кажется, и приятельское общение, Рома!
—К чему ты клонишь? — берусь потрясывающимися руками за стакан чайного кипятка в надежде, что он станет моей моральной опорой в этом бою.
—Я посмотрел камеры, и видел, что Вильгельм Фишер наведывался в кабинет химии несколько недель назад, — он смотрит на меня серьезно. —Он достает тебя, Виолетта?
Глава 28.1 Виолетта
—Нет, с чего ты взял? — мне удается изобразить искреннее удивление.
