- Идеально. Не плачь.
- Откуда знаешь?
Он промолчал, глубоко вздохнув. Я закрыла глаза, пытаясь сдержать слезы. Сказать надо было так много, а слова не шли с языка.
Но чего мне теперь бояться?
- Миша, прости меня. Прости, что все так вышло. Я люблю твою жизнь, твой выбор, каждое решение и каждый шаг. Люблю твою целеустремленность и открытость, силу и нежность, твою внимательность и участие. Люблю тебя, всего целиком. И ты все, чем я могу дорожить теперь.
- Солнце мое... - он погладил меня по спине и заговорил медленно, через боль. - Я думал вчера, когда лежал в коридоре и смотрел в потолок, что вот сдохну сейчас, а на самолете с тобой так и не полетаю. А они все бегали вокруг, бегали... Вера... Господи, как рядом с тобою хочется жить.
Через несколько минут в палату вернулась медсестра. Я хотела было вскочить с койки, но Миша прижал меня к себе.
- You have to leave, miss(6), - строго заметила женщина.
- She will stay here, - не без напора ответил Михаил. - This is my future wife.(7)
_____
*(1) У вас ещё посетитель. Вы не устали?
*(2) Я бы хотел отдохнуть.
*(3) Скажите ему, что это его вера.
*(4) Вера?
*(5) Впустите её, пожалуйста.
*(6) Вам следует уйти, мисс.
* (7) Она останется здесь. Это моя будущая жена.
- Заедем в стейк-хаус? - спросил Михаил, постукивая пальцем по рулю и глядя на светофор.
- Нас же накормили перед выпиской.
- Пюре с пюре? Я такими темпами выпаду из весовой категории.
- Тебе ещё две недели нельзя есть жесткую пищу.
- Да не парься. Все будет отлично. Ну, неприятно, но жевать можно.
- Причем тут неприятно? Тебе кости собирали по кусочкам. Дай им нормально срастись, иначе тебя неизвестно когда выпустят на ринг.
Михаил пожал плечами, ничего не ответив. Я внимательно посмотрела на него.
- Миша? Я чего-то не знаю?
- Есть одна проблема...
- Из-за имплантов?
- Нет. С этим все отлично.
- Так что? Последствия сотрясения? Кровоизлияние все-таки было? Ты будешь говорить или нет?
Михаил медленно тронулся под зеленый сигнал светофора, поднял свободную руку и постучал по виску
- Проблема с глазом. Опять образовалась гематома.
- И что? - тихо спросила я. - Почему ты не сказал сразу? Это серьезно?
- Высока вероятность образования глаукомы. Если она существенно повлияет на зрение, я должен буду выбирать - оставить ринг или учитывать риск того, что после любого боя могу остаться без глаза.
- О, - тихо сказала я и откинулась на спинку кресла.
Михаил искоса посмотрел на меня.
- Буду ходить с повязкой, как пират.
- Ты серьезно?
- Весьма. И все же надеюсь, что эта мерзкая хрень в глазу не вырастет. Короче, поехали, поедим и домой.
- Миша, - я смотрела в окно, на пальмы вдоль дороги. - Раз уж сейчас время для откровений... К тебе приходила твоя мать, когда ты отходил от анестезии.
- Я знаю.
- Правда? Тебе сказали?
- Нет. Я тогда уже пришел в себя. Просто не хотел, чтобы она об этом знала.
- А почему?
- Мне не о чем с ней говорить.
- Она сказала, что ходит на каждый твой бой.
- Возможно, - Миша пожал плечами. - Но что это меняет? Когда я на ринге - я не вижу лиц.
- Хорошо. Потому что я точно не смогу смотреть бой, зная, что после него ты можешь ослепнуть.
- Так я после боя могу и кони двинуть! Что? Ой, да не переживай ты так! Я утрирую. У меня хорошая защита.
- Заметно.
- Последний раз я допустил несколько ошибок. Со мной это бывает редко. А, зная, как переживаешь ты, до себя я ни один удар не допущу вообще. Правда-правда, - Миша похлопал меня по коленке. - Плохо, когда ты плачешь из-за моей невнимательности.
- Ладно, - я положила свою ладонь поверх его. - Будь осторожнее.
- М-м-м... Так неинтересно.
- Не твой стиль?
- Буду сильнее.
- Куда уж, чемпион.
Миша свернул с дороги к двухэтажному дому с колоннами и огромной вывеской "Корова и луна".
- А для того, - говорил мой спутник, паркуюсь на свободное место. - Чтобы быть сильным, мне нужен хороший кусок мяса не в консистенции детского питания.
Он морщился, пока ел, сам, видимо, того не замечая. Несчастный администратор подбегал к нам через каждые пять минут - спросить, все ли хорошо. Миша злился, но отправлял его вежливо.
- Чего он пристал? Я сюда пять лет езжу. Я что, похож на больного?
- Немного. Разве не приятно, когда за тебя переживают фанаты?
- Я делаю рекламу его заведению. Потому что здесь вкусно, и никто меня не трогает. А сегодня... Нет, смотри, опять идет! Дашь ты мне пожрать или нет?